Продолжаем листать номера журнала «Золотое руно». Этот дореволюционный ежемесячник радовал читателей недолго – с 1906-й по 1909 год, но успел запомниться отличным художественным и полиграфическим качеством, обстоятельными рецензиями, обзорами выставок, солидным литературно-критическим разделом.
В настоящее время все номера «Золотого руна» считаются редкостью, в особенности первый номер. У нас его тоже, к сожалению, нет. В «Горьковке» сохранились подшивки всего нескольких экземпляров за 1906 год, но и они дают хорошее представление о внешнем облике и внутреннем содержании издания.
Задуманный как продолжение закрывшегося к тому моменту «Мира искусства», журнал «Золотое руно» на первых порах и знакомил читающую публику в первую очередь с творческими достижениями именитых мастеров объединения «Мир искусства» – художников Бакста, Лансере, Репина, Кузнецова, Милиоти, предоставлял печатные площади писателям-символистам Сологубу, Мережковскому, Бальмонту. Позже круг авторов и живописцев заметно расширился.
Каждый номер обращал внимание читателей на самые интересные и значительные, по мнению редакции, явления в литературе и искусстве. Порой принципиально новые, не в полной мере оцененные в стране и мире, а то и отвергаемые по причине этого несвоевременного новшества.
Среди постоянных рубрик – «Вести отовсюду». В ней, на фоне множества весьма оптимистичных сообщений, мы и обнаружили печальные новости о пьесах Максима Горького.
Из № 5 узнаем, что лондонская публика не поняла его «Мещан», которые с успехом шли на отечественной сцене и неплохо продавались отдельным изданием. Британский критик нашел для нее какие-то совсем уж обидные слова. Особенно горько (простите за перекличку с фамилией) читать их рядом с сообщением о триумфе российских оперных постановок.
В Берлине «без всякого успеха» прошла пьеса «Враги». Об этом мы узнаем из последнего за 1906 год номера «Золотого руна». Драматургическое произведение – свежайшее, в этом же году писатель представил его российской публике в сборнике товарищества «Знание». Любопытно, как сам Горький реагировал на эти сообщения?
Ну и напоследок просто кусочек хроники. В бочке меда небольшая ложка дегтя: арест (!) сборника стихов Константина Бальмонта. В его строчках цензура усмотрела богохульные мотивы. Зря он, наверное, дал «Злым чарам» подзаголовок «Книга заклятий».