Странное это дело, все мы, и те, кто учился в СССР, и те, кто учился в современной России, сидели в классе по двое за одной партой. Нам это казалось привычным и ни у кого даже не возникала вопроса - а почему так? Однако, как только случилось знакомство с западной культурой, только совсем уж невнимательный не обратил внимание, что в США, как и в Европе, дети в школах сидят за отдельными партами. Для тех, кто сохранил симпатию к коллективизму, такой школьный регламент выглядел чем-то вроде огорода для выращивания эгоистов. Мол, во всем там на западе так: сплошные индивидуалисты и никакой коллективной работы. А между тем, именно такой порядок обучения считается правильным. Школа, как правило, это источник стресса для ребенка, а отдельное учебное место обеспечивает его личным пространством. Такая парта является чуть ли не именной, что обеспечивает ученика личным пространством. С точки зрения психологии, наличие подобных границ успокаивает и делает человека уверенным в себе. Что до самого учебного процесса, то такая рассадка учеников снижает возможности для списывания и создает меньше соблазнов для баловства. Но может это все капиталистические наветы?
Вовсе нет. В Российской империи, как и по всему миру долгое время ученики сидели на лавках либо с дощечками в руках, либо за одним длинным столом, то есть никакой специальной мебели для детей не существовало. Проблему решил швейцарец Фридрих Гульдрейх. Будучи студентом он познакомился с Надеждой Сусловой - первой русской женщиной врачом (тогда русские девушки ездили учиться в Швейцарию, так как в России в университеты их не допускали). Поженившись, супруги переехали в Россию, где Фридрих стал Фёдором Эрисманом и занялся офтальмологической практикой. По ходу работы он заметил, что зрение у учеников к выпускным классам часто снижается. Обследовав студентов 15 гимназий, в 1870 году он опубликовал работу «О влиянии школы на происхождение близорукости». А после придумал первую конструкцию парты, которая была названа его именем. Конструкция представляла из себя одноместные лавку и стол с наклонной столешницей, которые были скреплены друг с другом. Именно такие парты по указу Александра II стали устанавливать во всех школах.
Вот тут на сцену и вышел революционер Петр Коротков, студент Петербургского университета, спутавшийся с движением "Земля и воля". За участие в этой партии студента отчислили и сослали на Урал, в село Брусняты Белоярского района. Здесь Короткову было доступно только одно дело - преподавание, чем он и занялся в местной земской школе. Надо сказать, обстановочка там была так еще - классический крестьянский быт, с присущей ему простотой и бедностью. Пытаясь как-то улучшить будни школяров, Петр решил переделать парту Эрисмана. Первое - это удлинение конструкции, чтобы за партой можно было разместить сразу двух учеников. Так и место экономилось и, что важнее, двое школьников теперь могли сидеть за одним учебником. Кроме этого у парты появилась откидная часть столешницы, ниша для учебников, крючки для портфелей и углубления для чернильниц. В расчете на одного ученика парта выходила значительно дешевле в производстве, а в классе теперь можно было размещать больше школьников. Что интересно, парта проекта Короткова завоевала серебряную медаль на Сибирско-Уральской промышленной выставке летом в 1887 году, благодаря чему в Бруснятах решили построить новую, более просторную школу. Сделай это земские власти чуть раньше, никакой двухместной парты Коротков изобретать бы не стал.
Как видно, двухместная парта стала следствием бедности сельских школ, а вовсе не революционным продуктом, способствующим развитию ребенка. СССР богатством не отличался и использовал ту же конструкцию, к тому же теперь она еще и отвечала коллективистской идеологии (хотя, очевидно, что это натягивание совы на глобус). Почему же в современной России используют все тот же принцип? Ведь теперь это обычные столы, никаких парт уже в помине нет. Почему бы не вернуть более эффективную для обучения расстановку? Увы, этого не будет. Нормы САНПИНа в школах уже давно игнорируют. Если по нормативу школьнику положено 3 кубических метра пространства, то в реальности в класс площадью 60 квадратных метров набивается по 30 учеников. В таких условиях индивидуальная рассадка попросту невозможна.