Ты никогда не знаешь...

Ты никогда не знаешь, не можешь знать, через что пришлось пройти человеку, что преодолеть, что совершить, чтобы стать таким, каким ты его видишь.

Ты понятия не имеешь, чего это ему стоило и по-прежнему стоит.

О чем он сам думает, подходя к зеркалу, и ощупывая взглядом свое лицо, фигуру, одежду.

И как он сам себя ощущает ровно в тот самый момент, когда ты смотришь на него и замираешь в восхищении: “Вот это красота!”

⠀Я долгие годы не носила платья с открытыми руками и ничего, что открывало бы колени, потому что носила все это время внутри себя слова одного мальчика с бородой: Он сказал это сгоряча, сказал коротко и зло, как пощечину дал. Он был обижен на невзаимность, поэтому старался царапнуть побольнее.

Неважно, на самом деле, почему он так сказал. Важно, что я го-да-ми, стоя в примерочных, сама себе повторяла: “Нет, не надо тебе с открытыми руками. И длина юбки не твоя”.

С 22 лет до 32 у меня нет ни одной фотографии, где были бы видны мои подмышки, которые я искренне считала “безобразными и жирными”.

⠀Я вспомнила эту историю, когда недавно снималась в очень красивых и очень открытых платьях и получила бессчетное количество “Боги, как женственно!” и “Арина, какая вы красивая!”.

Вы думаете, я принимала комплименты со спокойствием дивы, мол, да, я такая, говорите, говорите еще?

Я улыбалась каждому такому сообщению, мне было искренне приятно, но внутри что-то болюче ворочалось. Та самая история про бородатого мальчика и ворочалась.

Ирония в том, что даже собираясь на ту съемку, я в последний момент взяла с собой, буквально рефлекторно прихватила длинный кардиган — на всякий пожарный, ну вдруг увижу что-то, что мне не понравится, вот и закутаюсь в него.

⠀Я как-то сделала комплимент подруге — а у нее такие ключицы, что я каждый раз слепла от восторга, если она приходила на встречу в чем-то открытом, — она горько усмехнулась и ответила: “А знаешь, что мне мама говорила? Что у меня грудь костлявая, как у курицы, и только очень голодный мужик кинется на такой суповой набор”.