Мизансцена — это расположение актеров на сцене в разные моменты спектакля. Само слово произошло от французского mise en scène (дословно — «размещение на сцене»). Мизансцена стала важным средством образного выражения с развитием в XIX веке режиссерского театра — того, где режиссер практически авторитарно управлял творческим процессом. Ранее главными в постановке были драматург и актеры, а режиссер выполнял лишь административные задачи.
Расположение актеров на сцене без режиссерского взгляда «со стороны», из зала, было функциональным, то есть зависело исключительно от удобства. Но с наступлением эпохи режиссерского театра стало понятно, что само пространство сцены и то, как в этом пространстве актеры взаимодействуют друг с другом и с реквизитом, может оказывать особое воздействие на зрителя. Поэтому в XIX столетии сцена стала еще одним полноценным участником спектакля.
С помощью разных композиционных приемов режиссер может подчеркнуть развивающийся конфликт или другие отношения между героями. Точное построение мизансцены важно не только в массовых эпизодах, но и когда герой находится на сцене в одиночестве.
Яркий пример прописанной автором произведения мизансцены — это знаменитая «немая сцена» в «Ревизоре» Николая Гоголя.
Городничий посередине в виде столба, с распростертыми руками и закинутою назад головою. По правую сторону его жена и дочь с устремившимся к нему движеньем всего тела; за ними почтмейстер, превратившийся в вопросительный знак, обращенный к зрителям; за ним Лука Лукич, потерявшийся самым невинным образом; за ним, у самого края сцены, три дамы, гостьи, прислонившиеся одна к другой с самым сатирическим выраженьем лица, относящимся прямо к семейству городничего. По левую сторону городничего: Земляника, наклонивший голову несколько набок, как будто к чему-то прислушивающийся; за ним судья с растопыренными руками, присевший почти до земли и сделавший движенье губами, как бы хотел посвистать или произнесть: «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!» За ним Коробкин, обратившийся к зрителям с прищуренным глазом и едким намеком на городничего; за ним, у самого края сцены, Бобчинский и Добчинский с устремившимися движеньями рук друг к другу, разинутыми ртами и выпученными друг на друга глазами. Прочие гости остаются просто столбами. Почти полторы минуты окаменевшая группа сохраняет такое положение. Занавес опускается.