Киев сделал ещё один недружественный шаг в сторону России. Русский язык изгоняется из культурного пространства. Телевизионщикам запрещено включать в сетку вещания наши сериалы без дубляжа, издателям велено работать с украинскими переводами Пушкина, театры примутся играть «Дядю Ваню» на украинском — и далее по списку.
Это же старинный спор. Помнится, киевскими чиновниками от культуры озвучивались претензии к кинокомедии «Свадьба в Малиновке». Мол, акценты расставлены не те и не так. Досталось и дивной киноверсии гоголевских «Вечеров на хуторе близ Диканьки». Голливуд ахнул, недоумевая, как Александру Роу в начале 60-х удалось осуществить фантастические трюки, а казённые люди в незалежной увидели в сказке «дебилизацию и унижение украинского народа».
В случайно сохранившемся рабочем блокноте наткнулась на стенограмму небольшого интервью «КИ» легендарного крымского журналиста Григория Иоффе. Тему с ним обсуждали похожую.
— Я совершенно не против издания книг украинских авторов, — говорил он тогда, — только где они? На всю Украину Юрий Андрухович, и тот через раз говорящий и печатающийся на русском, немецком, английском. Детский сегмент вообще опускаю. Не бесконечно же читать малышне «Федька-халамидника». Ты защищаешь переводные варианты. В пику я приведу тебе пример народной оценки таких экзерсисов. «Чи гепнусь я, дручком пропертый, чи мимо пролетит дручок», — этот украинский вариант «Евгения Онегина», конечно, утрирован острословом, но доля правды в иронии есть.
В предвыборный период тогда ещё кандидат в президенты Владимир Зеленский, подпрыгивая лягушоночком, выкрикнул в лицо действующему гаранту Петру Порошенко, мол, я не ваш оппонент, я — ваш приговор! На деле этот «приговор» обернулся верным учеником, положившим учителя на обе лопатки. При нём русофобия расцвела пышным цветом. При этом сам он напрягает мускулы лица, тщательно подбирая украинские слова, поскольку думает, без камер говорит, пишет, ругается на родном русском.
Бог с вами, не покупайте у России мясо и сливочное масло, мебель и текстиль. Без этого прожить можно. Но отнимая у своих граждан великую литературу, гениальный кинематограф, уникальный театр, язык которых они знают и ценят, вы отупляете народ. И нечего хорохориться, мол, у нас есть свои гении. Нет. Точно так же, как в России никогда не будет бытовой техники, превосходящей японскую, или автопрома, способного конкурировать с концерном «BMW».
Невозможно постоянно плевать против ветра и гнуть через колено законы жизни. Обстоятельства за это жестоко мстят — прежде всего хаосом в головах и бесконечными революциями, погружающими общество в состояние не утихающей турбулентности. Впрочем, эксперты советуют не впадать в уныние. Говорят, есть безумная власть, а есть мать двоих детей, живущая где-нибудь в Виннице и прекрасно осознающая, что без «Мухи-цокотухи», «Сказки о рыбаке и рыбке» и «Вот какого рассеянного» ребятня будет расти чужой и ей, и здравому смыслу. И, знаете, превратившийся в оголтелого врага России, а в начале миллениума милейший парень Александр Ткаченко (нынешний министр культуры Украины) неожиданно эту экспертную мысль подтвердил. Он сказал: «Производство большого количества сериалов — это вопрос экономики для каналов... К русскому языку приобщается экономика, связанная с возможностями продажи этих сериалов России... Для меня в этом дискурсе важно другое: если продукт производится в Украине, украинскими авторами, украинскими режиссёрами, украинскими актёрами и даже на русском языке — я считаю, это на благо как индустрии, так и экономики».
Видимо, министр в доле у сериального бизнеса. И когда политика влезла в его кошелёк, он немедленно превратился в русофила. Надеюсь, те же расчёты произведут издатели, театральные деятели, кинематографисты. И всё вернётся на круги своя.
Ирина ИВАНЧЕНКО