Глава 1.
Денис вертел в руках телеграмму и чесал небритый подбородок.
" Умерла зпт Похоронили тчк Приезжай вступать в наследство тчк"
Баба Шура, которая ему приходилась какой-то там бабкой седьмая вода на киселе, умерла. Вот дела. Он уже и не помнил её. Столько-то лет прошло с тех времён, когда его маленького и безответного отвозили на лето бабе Шуре. Мать с отцом детдомовские были, поэтому родных бабушек у него не было. А баба Шура приходилась отцу какой-то троюродной, а то и четвероюродной тёткой. Детей у неё не было, не случилось, как говорила она, внуков соответственно тоже. Поэтому Дениска был её отдушиной.
Ага, отдушиной, кого ж ещё так можно крапивой отходить, как не его. Да ещё и в штаны засунуть. Бежишь, а она жжется, зараза. Пока в малиннике спрачешься, да штаны спустишь живого места нет.
Денис смотрел на телеграмму и улыбался детским воспоминаниям.
Да, не любил он тогда ездить к бабе Шуре. Оно и понятно, в городе-то друзья оставались. Родители весь день на работе, а ты сам себе хозяин. Можно и на карьеры на велосипеде сгонять, и на речку в тайне от них, и по заброшкам полазить. Хоть утром и получал строгий запрет не уходить со двора. Да разве же дети когда-нибудь слушаются наказов родителей. Тот плод, который запретный, он завсегда слаще. Да и родители знают, что дети не слушаются, потому что сами были такими же. Поэтому при первой возможности стараются пристроить непослушных сорванцов туда, где за ними был бы глаз да глаз.
Баба Шура любила Дениску. По-своему, по-строгому, но любила. Она бы и отца его воспитала, если бы знала, что с ним такое случилось. Да как тут узнаешь, ежели его мать за тысячи километров жила. Да и не стремилась она с родственниками общаться. Лучшее её общение, это бутылка, да собутыльники. Вот и дообщалась до сырой земли.
- Сыночка ты мой родненький,- голосила баба Шура, когда отец Дениса, после того, как выпустился из детского дома, нашёл её.
Плакала она тогда, сильно плакала. И по тем потерянным годам, и по сестре своей троюродной беспутной, и по детскому дому, в котором ему пришлось воспитываться. Да что плакать-то, когда прошлого не вернёшь, а будущее туманно. Даст Бог теперь всё будет хорошо.
Оно и было хорошо. Денискин отец стал часто навещать бабу Шуру. А потом и на свадьбу пригласил. А там и Дениска родился, тоже радость несказанная. Теперь у неё как бы и внук есть. Вот так не было, не было семьи, а в одночасье возьми, да появись.
Не то, чтобы бедно жила Денискина семья, но путешествий себе они позволить не могли. Мама часто болела и по долгу лежала в больнице. Отец много работал, хватаясь за любую подработку, чтобы ни сын, ни жена не нуждались в самом необходимом. Поэтому у Дениса половина лета проходила в деревне.
А потом умерла мама. Отец горевал, горевал, да запил. Баба Шура тогда пару раз приезжала к ним. Привозила сумки с гостинцами, да отца пыталась вразумить. Но разве ж до человека, который погряз в своем горе, достучишься. Сильно он обидел тогда бабу Шуру. Накричал на неё, сказав, что она ему никто, и звать её никак, да и вытолкал за дверь.
С тех пор она и не приезжала. И Дениску никто не возил в деревню, чему он, глупый, тогда был очень рад.
А когда его забрали в армию, то и отец умер. Возвращался уже Денис в пустую квартиру, в одинокую, самостоятельную жизнь. А там закрутилось, завертелось. Оно и понятно, дело-то молодое, жить-то надо, и работать надо. Так и пролетели десять лет. Вроде и много, да как посмотришь, то кажется, что только вчера из армии вернулся и не знал что делать.
А тут эта телеграмма, как гром среди ясного неба. Умерла. Стыдно было, что столько лет не показывался, а мог бы. Мог, да не хотел. Не хотел про отца рассказывать, как он в последние годы опускался до того, что стал вещи из дома выносить.
Не хотел оправдываться за долгое отсутствие, да и не умел. А теперь вон как вышло - вступай в наследство.
Семьи-то у Дениса, пока, не было, поэтому ему не надо было долго думать и взвешивать все "за" и "против". На работе вошли в его положение, тем более он в отпуске шесть лет не был.
- Так и быть, дам я тебе два месяца отпуска. Улаживай там свои дела и назад,- сказал начальник, строго глядя на Дениса.
Он собрал всё необходимое в рюкзак и по утру поехал на первом автобусе в деревню, в которой не был, дай бог памяти, лет семнадцать.
Продолжение следует...