Илюшенька и Утя.

Случилась эта история ещё до революции. И началась она в Пасхальное утро, когда в станичный храм съехались светить паски и из ближнего хутора и из дальнего, и вообще весь народ, кроме немощных и дюжить больных принесли святить паски (куличи) и писанки (крашенные яйца).

Народу-тьма. А возле храма много тележек и бричек и просто коней под сёдлами. На одной из бричек сидела пригорюневшись Устинья. В храм ей заходить было нельзя- краски( месячные), вот и приглядывала она за бричками хуторян и вздыхала

-За что ж так покарал Господь? Мало того, что хромая от рождения(за что Утей прозвали) так ещё и в Светлый праздник в храм зайти нельзя!-

Сидит Утя и чуть не плачет. Глядь, а рядом хлопец тоже коней сторожит и из себя такой пригожий-голубоглазый и светловолосый.

-Ты чьих будешь? И откелева?-спрашивает её хлопец. И так завязался у них разговор-беседа, да такой задушевный. Утя, которую в хуторе дразнили из за хромоты, и поэтому была она смурной (замкнутой), с хлопцем , которого звали Илья и поговорила и посмеялась и взяла от него угощенье-медовый пряник.

Уже и служба закончилась и мама с отцом подошли к бричке и начали христосоваться. Так же и к Илье подошли родители. И тут Утя увидала, что у хлопца горб и так ей стало нехорошо и неприятно как будто он её обманул. Приехали на хутор. Прошла святая неделя и на Красную горку стучат в ворота Утиного двора сваты и Илюшенька стоит. Утя обмерла. А мать уже сватов приглашает в хату и весело переговаривается со свашкой.

Утя в слёзы и тихо матери говорит

-Не пойду за калеку. Уж лучше одной век жить!-

-Ты не фордыбачь! Первые сваты к тебе пришли! Сама то тоже с изъяном! Можно сказать, шо подумаем и посоветаемся. А жениху гарбуза давать -не моги!-отвечает мама.

Ну и пока в хате пили и ели Утя и Илюшенька прохаживались в садочку и беседу вели. И уж такие хорошие слова хлопец говорил Уте и так в глаза глядел, что согласилась она выйти за него. Свадьбу назначили осенью.

И начал Илюшенька приезжать и таким вниманием и заботой Утю окружил. И в город возил её и её родителей. И все приданное справил и ей сшили на заказ сапожки, что хромать Утя перестала . И себе к свадьбе пошил спинжак, что почти не стало видно его горб.

Долго хуторские вспоминали Утину свадьбу. Как горилка текла рекой и городских конфет жинки объелись.

И я там была -мёд, пиво пила! По усам текло, а в рот не попало!