Почему мы поступаем так, как проступаем?
⠀
Как научили, так и поступаем. Да, что-то регулируется темпераментом, но в остальном - средой, в которой росли. Нас научили какими нужно быть: незаметными, удобными, ценными, (напишите своё). Даже имя своё мы узнаём от других. В отношениях с родными и близкими мы научились реагировать так, как от нас ождали либо так, как мы могли в силу возраста и характера. Взрослея, такой способ реагировать становится неактуальным, но мы продолжаем так жить. Потому что научены. Мозг такой: «В прошлый раз прокатило, в этот тоже прокатит. И не важно, что это разрушает тебя. Главное выжить». На это можно влиять.
⠀
Пример:
⠀
Маленький ребёнок. Родитель эмоционально нестабилен и при каждом косяке ребёнка кричит и бьет его. Один из вариантов реакции ребёнка - замирание и диссоциация (когда тело обездвиживается, становится «ватным» и сознание будто «отделяется» - ребёнок не слышит толком взрослого, чтобы пережить эмоциональное и физическое насилие). Добавим искреннюю веру в то, что ребёнок считает, что сам виноват. Потому что потерять взрослого нельзя (без него ребёнок не выживет + очень важно иметь эмоциональную связь с значимым взрослым- пусть корявенькую, но хотя бы такую. Плюс при криках и порке внимание на ребёнка обращают).
⠀
Так повторяется длительное время.
⠀
Ребёнок вырастает, случаются те же реакции: замирает, когда рядом кричат и «отлетает», не соображая отчего кричат, на кого кричат. Человек в такие моменты проживает весь тот же ужас, что и раньше, в детстве.
⠀
Когда такие реакции начинают мешать качественно жить, человек приходит в терапию. Без искреннего желания меняться и работать над собой терапия малоэффективна.
⠀
Почему сложно меняться? Когда какое-то действие повторялось многократно, нейронные пути становились все более устойчивыми. Там не пути, а магистрали выстраиваются. В терапии человек подвергает сомнению эффективность текущего поведения, формирует новые способы реагировать, а соответственно, новые нейронные связи.