Пожилая женщина высыпает лёд из мешка в продолговатый контейнер, на котором виднеется старая потёртая надпись - "Мороженное". Внутри, почти полностью покрытый кубиками льда, лежал молодой парень. Лицо имело синеватый оттенок, местами виднелись фиолетовые пятна. Наконец, опустошив последний мешок, женщина грузно села на табуретку и платком вытерла пот со лба.
Несколько секунд она словно находилась в прострации, затем коротко бросила:
- Задолбалась.
Взяла в руки телефон.
- Алё, Нин. Всё, устала. Теперь твоя очередь с ним сидеть! Как не можешь? Да у тебя каждый день гости, чего ты мне лапшу на уши вешаешь, прошмандовка старая! К тебе, кроме кошек, уже и не ходит никто! - женщина снова провела платком, на этот раз по шее. - Всё понятно с тобой. Буду размораживать тогда. Плевать на уговор. В смысле "как"? Ну, найду девчонок каких-нибудь. Пусть отогреют красавца. Всё, давай.
Взяв случайную картонку с заставленного хламом балкона, женщина начала что-то быстра на ней писать. Затем, откуда-то из глубин антресолей, выуидила альбом. Внутри была фотография молодого парня в военной форме, а так же маленький кусочек мела.
- Эх, лучше чем ничего. Не сейчас же тебя фоткать, а?
Затем она отодвинула небольшой кофейный столик. Скрутила ковёр. Перед взором предстала почти стёртая пентаграмма. По бокам располагались символы. Женщина начала обводить их мелом, бормоча что-то под нос. Закончив, она достала из тумбочки серповидный нож и аккуратно прикрыла влажным от пота платком.
- Ну всё, - женщина открыла входную дверь, держа подмышкой картонку с прилепленной фотографией. - Не скучай Вась, скоро приведу тебе подружек.
Дверь с щелчком закрылась. В квартире повисла тишина, которую нарушал только треск тающего льда.
