Она мне так сказала, а другая...

Она мне так сказала, а другая добавила, что он не встанет. Но не подействовало, отец сам пошел. Приходит и говорит, что уже несколько месяцев не встает, только иногда засыпает. Второй раз, когда я его повела на обследование, он уже сам шел. Видимо, мышцы уже привыкли к нагрузкам.

— Слушай, а вы-то сами проходили обследование? — поинтересовалась Лелька.

— Конечно. К нам приходили специалисты, делали УЗИ тазобедренных суставов, снимали ЭКГ, Эхо-КГ и рентген, смотрели спину, делали рентген позвоночника, а также мрт для оценки состояния головного мозга. Перепроверили щитовидку, и все назначенные анализы.

Он, как я понимаю, инвалид, или инвалид детства, так что у него целый набор хронических заболеваний, — предупредила собеседница.

Хотя мне было понятно, что именно о таких болезнях говорил отец дома.

Но спрашивать об этом напрямую было не очень уместно, вот Лельку и направили по знакомству к неврологу.

Утро началось для Лельки с беготни по больницам.

Сначала она ездила в кардиологическое отделение областной больницы, где ей без особых объяснений и вопросов выписали направление на консультацию к сосудистому хирургу в областной больнице, но она не нашла его в расписании приема. Лельке пришлось взять больничный, чтобы пробраться в кардиологический кабинет.

В кардиологическом отделение ей сказали, что никакого сосудистого хирурга там нет, что у них нет такой специализации. Поэтому ее направят в поликлинику, где есть специалисты по этому профилю, и тогда она узнает на месте.

Не веря в столь бестолковое учреждение, Лельк решила попробовать в другие места.

И успешно прошла обследование в районной больнице, отстояв в огромной очереди.

По ее мнению, это было не менее глупо, чем в кардиологии.

Лельку в очередной раз направили к невропатологу, но там подтвердили, что нужна консультация кардиолога.

Была еще неделя до окончания больничного, и Лелькина работа передвигалась с черепашьей скоростью.

К тому же Лелькин рабочий день в последнее время был не нормированным — то воскресенье, то пятница, то три дня подряд, когда, разумеется, не было никаких дежурств.

Как назло, все подружки опекунши ушли на работу, попросив Лелькино разрешение «забрать ребенка». И Лелькину настала та проклятая пора