Трясти начало сильнее и сильнее. Капитан по громкой связи сказал бортпроводникам занять свои места, кстати, добраться до них было достаточно сложно. Я знала, что может быть сильная турбулентность на посадке, но чтобы на столько, я не думала.
В хвосте нас было трое: я, мой одногруппник и коллега постарше, она уже летала более 10 лет. Когда нас так сильно начало трясти она сказала что это тоже 1-й случай в её летной жизни.
Это было настолько страшно! Наверно буквально в секунды из иллюминатора можно было видеть землю и сразу же самолет так разворачивало, что в противоположном иллюминаторе уже была видна земля. И вот тогда я думала, что видимо так и разбиваются самолеты. Было ли ощущение какого-то страх? Скорее нет. Первое о чем я подумала, что если у нас будет аварийное приземление, какие действия я буду выполнять. Начала прокручивать в голове инструкцию по безопасности, чтобы я была готова начать эвакуацию. Не помню сколько прошло времени, но мы сели.
Как выяснилось оплошность наземных служб. Они не верно передали пилотам информацию о погоде и мы попали в шквалистый ветер, порывы которого превышали норму. Пассажиры благодарили пилотов за посадку. Капитан отчитал наземные службы и сказал, что такая ситуация первый раз за 25 лет в небе. По прилёту, в дороге домой, я думала, хочу ли я продолжать работать. Но проснувшись утром, вопрос пропал сам собой и вот я уже на борту встречаю пассажиров.