В эмоциональном и замкнутом круге, раскинув руки, как витрувианский человек, лежу. Я вроде сплю, а вроде бы не совсем.
Чудится, кто-то со мной говорит. Не понимаю о чем, не понимаю зачем. Давит на грудь, тяжело дышать. Кто-то говорит: «Я за тобой слежу.» Недобрый взгляд, недобрый. Кто-то говорит: «Ты не правильно живешь, что же ты делаешь? Куда ты и зачем идешь?» Голос трещит, шумит, шелестит. Помехи на линии, сделайте звук громче, ничего не разобрать. Сделайте громче или выключите, ребят.
А потом все стихает, возникает картинка нечеткая. Рябит. Белый шум. Я не хочу видеть, что там. Я не хочу, я не могу, я очень прошу. Просто не показывайте мне, не надо, остановите пленку, я выйду из кинозала. Кто там отвечает за просмотр? Кто включил эту серость в моей голове. Эта серость совсем о других, не обо мне.
И там я чувствую запах. Это так странно, чувствовать запах во сне. Так мерзко и приторно-сладко пахнет. Я знаю же чем и это тоже не обо мне. Ощутимо и осязаемо, так, что почти чувствуешь железный привкус. Сейчас бы проснуться, дальше все только хуже, только страшнее, только больнее и злее.
Просыпайся девочка. Просыпайся же поскорее.
