Найти в Дзене
Они были красивой супружеской парой: она, такая маленькая, хрупкая, фигура «рюмочкой»; он высокий, спортивный, с широкими плечами. Она Вера, он Дмитрий. К сорока пяти годам дом их стал «полной чашей». Дети выросли, выпорхнули из родительского гнезда и создали свои семьи. Он занимался бизнесом, она вела домашнее хозяйство. В свободное от домашних хлопот время, Вера любила пообщаться с подружками-это заменяло ей всё общение. В компании она была самой успешной: муж-красавец, деньги, поездки за границу. Все подруги ей завидовали. Да что там, Вера точно знала, что любая из них моментально бы запрыгнула в койку к её мужу, только бы он поманил пальчиком. Вела Вера себя в компаниях непринужденно. За словом в «карман не лезла». Когда «девичники» подходили к определенной стадии и женщины начинали обсуждать мужиков и своих мужей, то высказывалась безапелляционно: -Твой то совсем не следит за собой, брюхо уже как у беременной женщины, -говорила она одной подружке. -А ты что не можешь сказать своем

Они были красивой супружеской парой: она, такая маленькая, хрупкая, фигура «рюмочкой»; он высокий, спортивный, с широкими плечами. Она Вера, он Дмитрий.

К сорока пяти годам дом их стал «полной чашей». Дети выросли, выпорхнули из родительского гнезда и создали свои семьи.

Он занимался бизнесом, она вела домашнее хозяйство.

В свободное от домашних хлопот время, Вера любила пообщаться с подружками-это заменяло ей всё общение. В компании она была самой успешной: муж-красавец, деньги, поездки за границу. Все подруги ей завидовали. Да что там, Вера точно знала, что любая из них моментально бы запрыгнула в койку к её мужу, только бы он поманил пальчиком.

Вела Вера себя в компаниях непринужденно. За словом в «карман не лезла». Когда «девичники» подходили к определенной стадии и женщины начинали обсуждать мужиков и своих мужей, то высказывалась безапелляционно:

-Твой то совсем не следит за собой, брюхо уже как у беременной женщины, -говорила она одной подружке.

-А ты что не можешь сказать своему, чтобы он душ принимал, от него же потом разит за версту, фу, он пригласил меня на танец-так я чуть не блеванула, -выговаривала она второй.

Подруги, не сговариваясь, платили ей той же монетой:

-Мерседес твоего видели вчера вечером около ресторана, он отъезжал и на переднем сидении кто-то был, наверное, какая-нибудь «секретутка».

-Что ты за жена то такая, ты, наверное, и не знаешь сколько денег он зарабатывает. Даст тебе подачку, а остальное на баб спускает.

-Что ты у него отпрашиваешься на «девичники», ты что вещь какая-то? У тебя есть своя гордость?

Капля камень точит, и Вера стала задумываться о своей семейной жизни.

Особенно «ценным» был совет, который на перебой говорили подруги: а ты откажи ему в постели, сразу станет «шелковым», приползет на коленях, мужики же они такие «животные». Вот он сразу тебе всё и выложит, и сколько денег зарабатывает и куда ездит. Не отпускает до утра в ресторан? Фиг ему, а не супружеское ложе! Ты же женщина, а не домашнее приложение к супругу. Ишь какой красавец выискался!

И Вера уже мысленно видела себя главой семьи, где муж сначала все деньги кладет в тумбочку, а потом униженно выпрашивает пару тысяч на заправку машины. Более того, ей рисовалась картина, когда она под утро приходит домой, а этот ревнивец не спит и стоит около окна, ожидая её.

Сказано-сделано.

Сначала Дмитрий с пониманием относился к «голова болит», «я устала». Потом пытался вывести жену на откровенный разговор. Но Вера уже «закусила удила», а супруг то ли не понимал, то ли не хотел ползти к ней на коленях. Усугублялось дело ещё и тем, что сама она переживала климакс, а вместе с ним и обострилось влечение к «постельным утехам». Она сама от себя такого не ожидала, но ей хотелось каждый день. На этой почве Вера стала раздражительной. Дмитрий то же переживал не лучший момент в своей жизни и ежедневные скандалы стали повседневностью.

Через некоторое время они окончательно разъехались по разным комнатам.

Дмитрий, наплевав на нормы морали и заподозрив жену в супружеской неверности, сходил пару раз к «девушкам с пониженной социальной ответственностью». Не понравилось, он по-настоящему любил Веру. От безысходности все чаще он стал «прикладываться к бутылке». Вера перешла от скандалов к прямым оскорблениям. Импотент, алкашня-стали привычными словами в их квартире.

Дальше в силу вступила «Природа»:

Мужской возраст за 45-высокий уровень тестостерона-нет разрядки-опухоль предстательной железы-злокачественная опухоль-операция-метастазы-мучительные и страшные боли-рецептурные наркотики-хоспис-смерть.

Похороны Дмитрия были зимой.

Вера была в черной шиншилловой шубке «Бриллиант» (подарок мужа на годовщину серебряной свадьбы). Подруги и знакомые подходили с соболезнованиями.

-Пил он много в последнее время, -поджав губки отвечала женщина, принимая слова сожаления об утрате.

«Мужественная женщина, -шептались присутствующие, -жить с таким тираном, да ещё и запойным, ей памятник надо ставить».

Памятник поставили Дмитрию.

Обыкновенная, житейская, трагедия.

Подписывайтесь на канал, ставьте лайки, комментируйте!

Для удобства читателя: "Навигация по историям"