**
Михаил развернул фотографии. Несмотря на то, что была отвратительная погода, они получились качественные. Но иначе и быть не могло, так как он давно стал обращать внимание своих сотрудников на грамотную работу с фотоаппаратом, запрещая использовать телефоны.
А ещё он подумал, что был прав, когда поверил интуиции и решил проверить участкового, приставив к нему этих двоих. Теперь стало понятно, что епископ был прав, когда попросил его проверить этот адрес. Он поднял глаза – Антон и Ольга стояли перед ним.
– Значит, вот так теперь выглядит результат работы моих лучших сотрудников, – грустно заметил он, отодвигая фотографии. – А ведь нужно было просто узнать контакты участкового. Не более того. Вы ведь знали, что я не зря туда поехал. И что теперь? Что теперь будем делать?
– Я наведу справки по всем контактам хромого, и мы выйдем на заказчика, – сказал Антон.
– То есть, ты думаешь, что его знакомым наркоманам или алкоголикам он рассказал о том, с кем работает и как?
– Возможно.
– И, соответственно, его наниматель просто так решил его убрать. Ведь, исходя из твоей логики, убивать его было бессмысленно, все и так всё знали.
– Лучше бы ты молчал, – скривилась Ольга. Одна из пуль прошила её руку навылет, и теперь это доставляло ей некоторое неудобство. – Мы найдем его.
– Конечно, найдете. Но когда?
– Неделя. Может, меньше.
– Неделя. Исходя из почерка этого убийцы, он профессионал, причем лучший.
– Это почему?
– Потому что ранил. Подождал, пока они осознают возможную смерть. Прочувствуют её и только потом убил. Потратил время. Потратил пули. Все ради эффекта. А значит, он либо фанатик-профессионал, либо наемник-профессионал. И в первом и во втором случае важно одно. Это не убийство, это послание и в то же время ещё и вызов. Вызов нам.
– Он не знал, что мы там.
– Или она, – улыбнулся Михаил. – В последнее время я все больше и больше убеждаюсь в эффективности работы женщин. Как рука?
– Нормально.
– Это хорошо, – кивнул Михаил. – И это вызов не вам, двум послушникам, а всей инквизиции. А значит – и мне.
– Согласен. Попахивает личным, – согласился Бровицкий.
– Антон!
– Да что опять-то?
– Шеф, что-то ещё? – спросила Ольга.
– Только то, что теперь всю работу придётся делать Дмитрию, которого ты так не любишь. Ведь теперь из-за твоей промашки ему придется выбивать остальную информацию. Выбивать усердно. И все потому, что ты не смог обезопасить место своей работы и подставил коллегу под ненужный риск.
– Я не девочка, могу сама за себя постоять, – заметила Ольга.
– С тобой я ещё поговорю. А теперь идите с глаз моих, – махнул рукой Михаил, возвращаясь к фотографиям тел.
Антон и Ольга повернулись к двери и едва не столкнулись с Дмитрием, который также пришёл к Михаилу.
– Доволен? – тихо спросил Антон.
– Как и всегда, когда ты лажаешь, – улыбнулся Дмитрий и, повернувшись к Ольге, добавил: – мое почтение.
– Тебе того же.
– Дмитрий, – Михаил поднял глаза, – а остальным, я так понимаю, нужно особое распоряжение, чтобы они покинули комнату?
Антон и Ольга вышли. Встав напротив Михаила, Дмитрий положил на стол папку и глубоко вздохнул, словно ощущая все недовольство старшего на своей чувствительной душе. Михаил раскрыл папку и пробежался по ней взглядом.
– Это всё?
– Что было в официальных источниках.
– Очень мало. Надо больше. Мне нужно больше информации добыть из этой женщины. Знаешь, – Михаил поднял голову, – лучше сделаем так: я сам поговорю с ней, а потом ты можешь поработать.
– Без ограничений?
– Да. Без ограничений.
– А дети?
– Пока отложим. Но не убивать. Она нужна живой. Калечить тоже не надо. Пока не надо. Здесь что-то очень серьезное. Надо понять примерные размеры этого зла.
– Подготовить допросную?
– Да. Давай через час. Можно без веревок. Я просто поговорю с ней, – Михаил поднялся из-за стола и подошёл к Дмитрию. – Твой фанатизм может сослужить хорошую службу. Я очень сильно надеюсь на тебя. Остальные тут не приобрели подлинной веры. Они – лишь инструменты. Но ты… В тебе горит праведный огонь. Ты сможешь стать хорошим инквизитором. Теперь ступай, времени у нас немного. И приведите её в порядок. Пусть почувствует немного заботы.
– Хорошо. Всё будет сделано.
– И ещё – постарайся не вступать в конфликты с этими двумя. Это опасные люди и они никогда не почувствуют нашей веры.
– Тогда зачем они нам?
– Потому что они профессионалы, потому что ими можно легко пожертвовать.
– Я не буду задираться.
– Очень на это надеюсь.
Когда Михаил снова остался один, он подошёл к зеркалу и посмотрел на себя. Время не щадило его. Эта усталость, морщины, они слишком хорошо потрепали его лицо за последние годы. И все же в нем никак не мог угаснуть тот огонь, который подпитывал его. Чувство справедливого возмездия за все те грехи, которые раскидывали еретики и нечестивцы, поклоняясь злу и ложным богам. Он поправил стоячий воротник. Даже вступая в общение с самыми недостойными, он должен выглядеть хорошо, всем своим видом показывая превосходство святой церкви.