На жуткий грохот выскочили все. Посреди холла стояла Стася с чемоданной ручкой в руках. Изувеченный чемодан лежал у ног Стаси и немного дымился.
- Сильна ты, мать, - восхищенно вздохнула Котька.
- С-с-с,- просвистела Стася.
- Свекровь? - понимающе спросила Майя.
- С-с-с-с, - изо рта Стаси выстрелил и затрепетал длинный змеиный язык.
- Ты бы это, успокоилась, а? - нервно спросила Марго.
- С-с-сукин сын,- выдавила из себя Стася.
- Ну, это понятно,- захохотала Майя. - От хорошей жизни мы сюда не приходим.
Вся стасина публика негодующе поглядела на Майю.
- Да рассказывай уже. Или пошли чай пить, за столом поделишься, - вздохнула Милка.
- С-сукин сын, - прошелестела Стася. – Я бледная! Я поблекла!!! Я его не привлекаю больше! Я виновата в том, что ему скучно, я не радую его глаз!
- И-и-и? - понимающе протянула Майя.
- А сам-то! Господи, сам-то! Ест, как вагоны разгружал, и тарелку ведь не отберешь! Он уже не толстый, он жирный, да у него же живот через ремень переваливается, девочки! А ему ничего, он нормальный. А то, что я последний год супружеский долг отдаю, зажмурившись – это ж мелочи!!!
За спиной Стаси с грохотом рухнула полка.
- Стаська, угомонись! - прикрикнула Милка. - Все порушишь, а чинить мне за свои.
- Извини, - понурилась Стася.
Котька подкралась к Стасе и обняла:
- Ну что ты, Стасенька, ты ж моя хорошая, ты дома... Пойдем, правда, чай пить, а девочки инвалида твоего уберут.
Стася пробубнила куда-то в котькино мягкое плечо:
- Мил, приютишь до развода?
- И до вешних только дней приюти и обогрей, - саркастично прокомментировала Маргарита. – Сбежишь ведь через три дня к своему бесценному.
- Нет, девочки, - шмыгнула носом Стася. – Сил больше никаких нет. Развод. И девичья фамилия.