Этот вопрос неизбежно возникает при виде результатов тестирования уровня общего интеллекта. Те же китайцы уже два десятилетия доминируют на Международных Олимпиадах по математике. Тогда почему, если медиана IQ в азиатских странах выше, прогресс и науку создали европейцы? По подсчетам Чарльза Мюррея, 97% значимых творческих достижений в науке принадлежат выходцам со Старого Континента. Они вместе с белыми американцами получают подавляющие большинство Нобелевских премий в научных областях, медалей Филдсовской премии по математике и т. д.
Число лауреатов научных премий из разных человеческих популяций
Ученые говорят так — много ума, но мало креативности. Основа стабильности коллективистских обществ в Корее, Японии и Китае — соблюдение установленных социальных норм, конформизм и подчинение своего эго общественным задачам. А движущей силой научно-технического и культурного прогресса в Европе XVI–XIX веков стали индивидуалисты, тот же Дарвин.
Предложенная американскими психологами Костой и МакКреем пятифакторная модель личности включает такую важную психологическую черту, как открытость опыту — способность индивида к восприятию нового, общую любознательность и креативность. Линн обобщил данные по шкале «Открытости опыту», выяснив, что у восточных азиатов этот личностный показатель развит хуже, чем даже у жителей Тропической Африки.
Не совсем ясно, имеет ли эта особенность азиатов исключительно культурно-историческое происхождение, или обусловлена генетически. В первом случае отставание можно ликвидировано тотальной вестернизацией. Во-втором — ничем.
Причины появление расовых различий в интеллекте
Пара слов об эволюции человека и особенностях расообразования. Общепризнанно, что все люди, живущие на Земле, происходят от одной предковой популяции Homo sapiens, обитавшей на территории Восточной Африки порядка 80–150 тысяч лет назад. В этом временном промежутке часть предковой африканской популяции, повторяя путь Homo erectus, преодолела Баб-Эль-Мандебский пролив, оказавшись на территории Азии. Достигнув Ближнего Востока, Homo sapiens подверглись метисации с неандертальцами. В итоге у всех неафриканцев сегодня выявлено 2–3% неандертальских генов, а у папуасов Новой Гвинеи нашли еще 2–4% генов так называемого денисовского человека. Однако вряд ли эта небольшая примесь могла предопределить сегодняшние различия в интеллекте.
Следовательно, различия могли появиться за 80–100 тысяч лет последующей раздельной эволюции. Метисация на стыках ареалов обитания больших человеческих рас хоть и происходила (в Северной Африке, на Урале и севере Индостана), но не затрагивала ядро расовых групп. В результате сегодня генетики без особых затруднений выделяют большие группы популяций, вполне соответствующих расовому делению у их коллег — физических антропологов. И все это время разные популяции человека адаптировались к различным условиям среды, что приводило к разной интенсивности отбору. По мнению Линна, Раштона, Дженсена и других сторонников генетической интерпретации расовых различий в интеллекте, превосходство европейцев и азиатов приобретено в результате жизни в холодном климате. Стоит напомнить, что первые тысячелетия жизни предков европейцев на нашем континенте приходятся на финал ледникового периода. Скандинавия и север Британии были охвачены льдами, а территория современной Южной Германии, Франции и Испании в разные периоды — покрыта безлесной тундрой и хвойными лесами.
Предки европейцев — охотники на северных оленей — выжили в экстремальных условиях. Климат, при всей суровости, менялся на удивление динамично, что вынуждало охотников адаптироваться. Приспособление к принципиально новой, меняющейся среде, необходимость изготавливать теплую одежду и находить убежища от холода, изготавливать все более сложные орудия и изобретать новые приемы охоты на разные виды животных — все это стимулировало развитие интеллекта у Homo sapiens в более холодном климате в большей степени и подвергало куда более суровому отбору, чем в тропиках. Второй фактор — раннее появление и развитие у жителей Европы, Ближнего Востока и Восточной Азии сначала земледелия и животноводства, а затем и сложноорганизованных социумов и государств. О значимости социального отбора как фактора роста интеллекта прекрасно свидетельствует высокий уровень интеллекта с евреями-ашкенази.
Корреляция между зимними температурами в современности, в Вюрмский период (ледниковый) и коэффициентом интеллекта
Заключение
Более чем полувековой спор разрешился бы, научись специалисты определять гены, ответственные за интеллект, и выясни, с какой частотой те или иные аллели встречаются в разных человеческих популяциях. Проблема в том, что, по мнению генетиков, интеллект — совокупность навыков и черт, за которые отвечает множество, по всей вероятности, сотни генов. Каждый — за очень малую часть генетической изменчивости интеллекта. Потому сегодня генетики заняты поисками так называемых локусов количественных признаков (Quantitative Trait Loci), по всей видимости, отчасти связанных с интеллектом. Пока успехи ограничены. Проблема качественных расовых различий в уровне интеллекта отдается на откуп психологам и представителям прочих гуманитарных наук. Ее важность очевидна. Предположим, расовые различия действительно существуют, и представители разных рас имеют разные способности к адаптации в жизни в сложноорганизованном социуме и в разной степени способны приносить этому обществу пользу. Возникает вопрос о целях и смысле политики искусственно создаваемого расового и этнического разнообразия в странах, исторически населенных белыми европейцами. Кроме того, объективное и не ограниченное цепями политкорректности изучение расовых различий напрямую касается проблемы свободы научного исследования. Речь о духе свободы познания мира таким, какой он есть. Духе древних Афин и Европы Нового времени, породившем современную европейскую, а значит и мировую цивилизацию.