Почему так бывает? С взрослой дочерью отношения великолепные. Когда встречаешься, то юмор, шутки. А еще душевность и предупредительность. Сдержанность и искренность. И готовность прийти на помощь. Появишься на день рождения или на праздник, тебе рады. Сидишь дорогим родным человеком. Как из рога изобилия – воспоминания из детства. Так хорошо! Потому что душевно.
Женщина об этом спрашивала. Вы не подумайте, что у нее с дочерью война. Оскорбления и обиды. Нет. Ничего этого нет. Там просто все стало иначе.
У женщины двухкомнатная квартира – была. Дочь попросила ее продать. Дальше классика жанра. Жилплощадь продана. Примерно за два миллиона. И женщина переезжает жить к дочери. У нее отдельная комната.
Деньги отдала, как она говорит, «ребятам», то есть дочери и ее мужу. И начинается совместная жизнь.
Повторяю: нет ни войны, ни сражений. Ни оскорблений и укоров. Просто дочь как будто подменили. Никаких разговоров. Никаких обсуждений. Короткие вопросы и короткие ответы. Напряженное выражение лица.
К такому «лицу» трудно подойти и поговорить по душам. На все вопросы отвечает, что ничего не произошло. Только она немного устала.
И вот жизнь. Дочь с мужем уходят на работу. Возвращаются вечером. Между собой, конечно, разговаривают. Мать ни о чем не спросят. Хотя бы ради приличия. Будто ее нет. Или она посторонняя. Зайдет на кухню, они сразу замолкают. Передвигаясь по хозяйству, обходят ее стороной, как мебель.
Видно же сразу, когда тебе не рады. Видно потому, что твое появление не вызывает воодушевления, положительных эмоций. По тебе скользнут уставшим равнодушным взглядом. И отвернутся.
Тебя ни в чем не упрекают. И не ограничивают твоей свободы. Ты можешь стирать, гулять, что-то положить в холодильник, в своей комнате смотреть телевизор. Но твое появление не вызывает воодушевления. Это же видно сразу.
И даже золотой святой человек непременно подумает: наверное, все-таки я в тягость здесь. Например, зайдет на кухню собака, они радостно ее встретят. Польются шутки, ее погладят по голове. Ей задут вопросы и за нее ответят. Душевность видно сразу.
А зайдет мать, - и тишина. Ни вопросов, ни ответов. А она живая. И у нее есть сердце.
Ни войны, ни сражений. Но и ни души, ни сердца. А раньше предупредительность и искренность. Шутки и юмор. И добрые воспоминания, как из рога изобилия.
Что случилось? Почему так? Как это можно понять?
Только человек, чье появление не вызывает воодушевления и радости, обязательно заболеет. Даже собака, если она никому не нужна, заболеет. Сначала у нее глаза делаются грустными. А потом из нее потихоньку начинает уходить жизнь.
Так жить нельзя.
И мать сказала, что хочет уйти. Они руками не замахали. Не начали ее отговаривать. Только одно заметили: денег – из тех двух миллионов – осталось только на комнату. Все деньги куда-то ушли.
Купили ей комнату. Вернее, старые друзья матери – подсуетились.
И вот она переехала в «свое жилище». В коммуналке, но «свое». Зашел к ней. Она сидит на диване. У нее тихо работает радио – оно уют создает. Напротив дивана – стул. На нем миска. И женщина чистит помытую заранее картошку. Рядом ждет свою очередь небольшая морковь.
Идем с ней на кухню. Она зажигает газ. Ставит кастрюльку.
Вдруг появляется соседка. Здоровается с нами. И спрашивает: «Тетя Наташа, а мы вчера не шибко шумели? Вам спать не мешали? Мы старались потише».
А она улыбнулась и сказала: «Нет, все хорошо. Я легла и сразу уснула».
Переехала. И дочь почему-то перестала звонить. Она только сказала, что у нее, у дочери, своя семья. И она, дочь, в эту свою семью погружена. А раньше такого не было.
Не было войны, не было сражений. А почему так-то? Я не понимаю. И у меня на душе нехорошо. Не должно так быть. Не должно.