***
Трагедия под элегию в 3-х стихотворениях. С. Рахманинов
« Elegie op. 3 No. 1 minor»
I
Последний поезд прибывает ночью...
Мне не впервой: отчаянно любя,
В опасном мире, мире одиночек,
Терять – и снова находить тебя.
На станции с причудливым названием,
Расставшись вмиг, проститься на века,
А после телефонного звонка
Века прожить до нового свидания.
И расставание – точно не финал,
И в мире вечном не бывает пусто.
Я пропадал, скитался, умирал,
Но даже смерть не убивала чувство.
И вновь сюда, потерянный, упрямый,
Явился раньше, чтоб не опоздать.
При галстуке, с озябшими цветами,
Всё жду тебя, встречаю поезда.
И страшно зря прождать среди других.
Предчувствия мучительно сердиты.
Мне, может, надо погасить долги
И жизнью расплатиться по кредиту.
Как осенью взлохмаченные кроны,
Букет потрёпан окаянным ветром.
Я так боюсь тебя не встретить на перроне.
Я так боюсь тебя не встретить.
II
Как полная луна в тягучих облаках,
прожектор поезда плывёт издалека.
Услышав хрипловатый гудок электровоза,
я, к сердцу прижимая, от ветра прячу розы.
Из рупора звучит протяжно: «Аллилуйя!» –
осталось скоротать лишь миг до поцелуя.
Осталось скоротать одно мгновение муки
до встречи, что сильней бессмысленной разлуки.
Быстрей любой беды, быстрей любых проклятий –
сбывается любовь, сбываются объятия.
Прокатятся, как дни, вагоны вереницей,
прибудет скорый поезд, и счастье воплотится.
А люди всё теснятся, толкаются у края,
и, кажется, что всем платформы не хватает.
И в этой суете, медлителен и робок,
я с кем-то из прохожих встретился бок о бок.
И вот шальную рану не прикрыть платочком,
ведь в бок вошла и вышла холодная заточка.
Теперь лежу у края, притворно корчу лыбу,
а рупор возвещает о том, что поезд прибыл.
III
До встречи. Сегодня не встретились мы,
глаза в темноте воспаляются очень.
Такое количество въедливой тьмы
не свойственно даже отравленной ночи.
Немного осталось, осталось немного –
до встречи, моя дорогая, до встречи.
В случайной молитве представь меня Богу,
как нечто неясное в пролитой речи.
До встречи. Ты трепетный взгляд свой уронишь
на кровь и цветы, что убрать не успели.
Уснул я один на холодном перроне,
проснусь с тобой вместе на жаркой постели.
Я вновь на пути появлюсь, без сомнения, –
угрюм, нелюдим и никем не замечен.
Украдкой моли о моём возвращении,
я буду молить – о твоём. И – до встречи!