Признаться, я долгое время относилась к гортензиям с предубеждением. Не то чтобы они мне совсем не нравились, но их соцветия казались мне какими-то безжизненными - искусственными, словно вырезанными из бумаги. Это относилось ко всем без исключения видам - и к крупнолистным, и к древовидным, и к метельчатым. А ещё, полагала я, они слишком помпезны для нашего скромного деревенского сада. В моем представлении эти пышные и холодные соцветия больше подходили к классическим французским паркам и пафосным садам. Возможно, на такое отношение повлияла романтическая история открытия этого растения и полузагадочная его наименования, в честь некой Гортензии - любовницы то ли самого исследователя, то ли его патрона - принца, спонсировавшего экспедицию. Может быть, это кому-то покажется странным, но у меня это растение почему-то всегда ассоциировалось с «Капризницей» Ватто. Именно такой я видела ту самую Гортензию. Ну а раз - капризница, то зачем мне все эти обрезки, укрывания, раскрывания. Хотя ко