Тогда Николай Михайлович не сдержался. Он заплакал… По-настоящему, пуская слезы на щеки, через силу принимая действительность. - Я не смогу, - только и твердил он, сквозь всхлипы. – Не смогу. Только не после их предательства. Ты хоть понимаешь, каково мне будет? Она ведь о своей дочери совсем не думала, когда выпила пузырёк таблеток! Не думала и о сыне, когда из дома с ним сбежала! Не слышала, как Кирилл плакал ночами, спрашивал, где мама! Господи, я думал - справлюсь, забуду и тут… она меня снова убила… только теперь лишив всякой надежды на новую жизнь. Девочку я принять не смогу никогда! И к чёрту твоё громкое имя… Тогда Михаил Львович протянул сыну конверт. - Принесли курьером в офис сразу же после того, как ты вчера сбежал сюда, - тихо сказал он. – Мария тебе написала. Прочти, а уже потом решишь, что будешь делать с девочкой… Её Дневник Я не знаю, Милана, что твоя мама написала перед последним шагом на смерть, но судя по тому, что ты живёшь в доме Соболевых, Николай Михайлович всё