- Ирса! Да иди же ты сюда, скорее! – раздался истошный вопль в огромном холле, задержался у часов, и отправился гулять по коридорам.
Девочка низкого роста, по внешности которой было сложно определить её возраст, поднялась из-за стола, на котором лежал белый лист с небрежными зарисовками растений, собрала волосы в пучок, и, не забыв спрятать лист в карман платья, направилась в лабораторию мага. Своды башни всё ещё отдавали эхо его воплей, а из самой лаборатории раздавалось угрожающее шипение. Маг явно что-то намудрил, и теперь нуждался в помощи.
- Приветствую вас, господи... – Ирса начала было приветствие с традиционного поклона, но то, что она увидела, было выше её воображения: на шипящую колбу в центре круглого дубового стола, застеленного красной скатертью, маг водрузил чуть ли не всю библиотеку. Башня из книг качалась из стороны в сторону, не давая упасть, но могла сделать это каждое мгновение. Сам маг суетился вокруг неё, сохраняя магический баланс, но в колбе под книгами в это время происходило нечто невероятное.
Сгусток тёмной энергии, самого мерзкого цвета на этой планете, шевелился, шипел, и отчаянно требовал выпустить его наружу.
Маг на секунду отвлёкся, и пока Ирса раскладывала упавшие книги, косясь на результат опытов мага, вся башня рухнула на пол, разбросав по нему книги. На колбе осталась стоять одна-одинёшенька, и нечто внутри уже почувствовало ослабление силы…
- Быстро! Аммиак! – и пузырёк направился к магу. .
Но судя по всему аммиак магу не помог, а сделал только хуже. Тёмная гадость зашипела, и из колбы полились чёрные реки, которые превратились в щупальца. Они то-ли текли, то-ли ползли по столу, затем по полу с упавшими книгами. Один из щупалец задел запястье Ирсы, и прошипел: – «Ещё вс-с-стретимс-с-с-ся…»
Затем то, что раньше было заперто в колбе, быстро покинуло Башню через мышиную норку.
- В этом дне всё было не так. Абсолютно всё. – вытирая пот со лба широким рукавом, прошептал уставший маг, и плюхнулся в стоявшее рядом, кресло. Его помощница Ирса, которую неделю назад он купил у местных разбойников, тёрла магическую метку на запястье, нашатырным спиртом, но это не помогало.
- «Недотёпа» - подумал маг, и закрыл глаза. – «Но научится. Иметь хоть какую-то помощницу лучше, чем никого не иметь. Завтра нам предстоит разобраться во всей этой ситуации. Подозреваю, что метку на левой руке ей скверна оставила неслучайно. И надо бы заглянуть в пророчества…»
На этих мыслях маг потерял сознание. Ирса, собрав все книги, подползла к нему, и уселась на его колени, понимая, что что-то пошло не так, и назревают крупные неприятности. Она думала и о том, что не помнит, кто она, где её мама, и как оказалась у разбойников...
Небо за окном резко потемнело. Приближалась гроза.
Две недели Ирса уже не спала. Господин Сибер, или же просто «мастер», как он себя называл, нашёл пророчество о том, что «маленькая проблема станет огромной», и всё время посвящал курению успокаивающих трав, сидя в дубовом кресле напротив книжного шкафа в тёмной библиотеке.
К тому же, наступила полярная ночь, и две недели маленькая помощница мага не могла уснуть в положенное время.
Все ожидали от мага каких то действий. Прислуга неслышно, на цыпочках, перемещалась по коридорам Башни, кухарка старалась не греметь посудой, а садовник уже давно не подстригал кусты. Напрасно маг думал, что результат его опытов с соединением энергий останется незамеченным – об этом знали все, кто жил в Башне. И оставалось только молиться всем богам, чтобы это не дошло до короля…
Ирса сидела у ног мага и читала «Основы заклинательного искусства», когда в запертое стекло постучался голубь с привязанной к его ноге, лентой с письмом. Она быстро вскочила, открыла окно и отпустила птицу, оставив письмо в руках. Маг спал, мирно покачиваясь в кресле, трубка дымилась, обволакивая ноздри, не давая подойти ближе к спящему мастеру.
– С-сударь, проснитесь п-пожалуйста… – залепетала Ирса, расплывшись в реверансе, держа в руках письмо.
Маг открыл один глаз, осмотрел свиток, затем резко выхватил его из маленьких рук помощницы. Им в ту секунду овладел страх, что это письмо из дворца, но герб на сургучной печати был другой. Трясясь от страха за то, что возможно, это письмо из соседнего королевства, которое подверглось изменениям из-за его опытов… Что король этого королевства узнал, чьих рук это творение, и решил пойти войной на обидчика…
Бродя туда – сюда по библиотеке, размеренными шагами, стуча медными каблуками по деревянному полу, он всё не решался раскрыть свиток. В голове проносились различные варианты развития событий, гербы соседей и прочих королевств, реакцию на это короля…
Пока свиток сам не вылетел из его костлявых рук, и печать из тёмного сургуча не разлетелась на куски от удара об пол.
Ирса сию секунду оказалась рядом, и когда она осторожно подняла бумажный свиток, маг уставшим, и готовым ко всему, голосом промолвил:
– Читай. Медленно.
В письме же говорилось следующее:
«Дорогой мастер Сибер. Приветствую вас в моем мире. К сожалению, ваш король мёртв, как и все короли соседних государств. Именем Всевышнего, я создаю новый мир, где правитель всего один – это я. Меня зовут Александр, и я – ваше творение.
В связи с чем прошу вас помочь и себе и мне. Так как мы с вами считай, на одной стороне и в одной лодке, я не буду убивать вас. Смерть простых людей мне так-же не нужна. Но я, как теперь уже законный правитель этих мест, не имею возможности говорить с народом, так как не имею плоти. И у меня для вас есть два предложения:
1. Вы отдаёте мне под контроль вашу прекрасную маленькую помощницу, или любого другого слугу. Однако, я бы хотел именно её, так как у неё душа чиста, как горный кристалл, добытый из истоков ручья.
2. Вы отдаёте мне под контроль себя. Вы невероятно могущественны, раз создали такого гениального правителя, как я. Не понимаю я только одного: почему вы не показываете себя людям? К чему эти чёрные стены, высокие Башни? Я сделаю всё, чтобы нас (меня в вашем теле) боялись и уважали все.
3. Вы создаёте мне искусственное тело, по высланному мной образцу. Образец прибудет к вам по запросу, так как я всё же надеюсь, что первые два варианта будут лучшими.
В случае невыполнения просьб я буду вынужден уничтожить вас и всех людей вашей бедняцкой страны. Поверьте, я и глазом не моргну, но все же надеюсь на сотрудничество с вами, и на ваше благоразумие. Даю вам день на раздумья.
С уважением, Александр»
Когда Ирса закончила читать, письмо самоликвидировалось, рассыпавшись в пепел. Маг стоял, бледный, как луна в растущей фазе, и глядел в никуда. Тёмная метка на руке Ирсы заныла, и девочка принялась её чесать.
– Вот как, получается… – произнёс сквозь зубы Мастер. – Всё ещё намного хуже, чем я думал.
Он посмотрел на Ирсу, застывшую со слезами на глазах, и с какой-то особенной заботой, чуждой ему, прошептал:
– Собирайся. Мы уходим. Прямо сейчас. Я собираюсь… найти и уничтожить это существо.
Ирса поклонилась магу, и пошла собираться в свою комнату.
Спустя несколько часов взошла луна, и в окнах Башни погас свет. Два путника: высокий мужчина с уже седой бородой, и девочка, укутанная в плащ, до такой степени, что в ней невозможно было узнать девочку, двигались по лесной тропе по направлению к чаще. Чем дольше они шли, тем больше боялась Ирса, тем яснее становились воспоминания о разбойниках, о матери, которая где-то есть. Чем дальше они продвигались в лес, тем больше маг сомневался в правильности своих действий, но не мог потерять репутацию в глазах его новой помощницы. Остановившись на привал, они оба думали о разном, но никто из них не думал о том, что смерть их всего лишь в двух шагах от их привала…
Мысли о будущем не сбылись, и маг не успел поставить щит на их маленький лагерь – нечто чёрное, липкое, этой ночью проникло в каждый дом, каждую щель этого города. Ничего не подозревающий народ, как обычно, лёг спать, пожелав друг другу спокойной ночи…
И не проснулся.
________________________________
"Море разливалось, разливалось, разлилось…
Если есть море, тогда зачем волноваться? Чего ты боишься, если тебя боятся?
Иногда не успеваешь влюбиться, как уже привязался к человеку"....
Обрывки мыслей наполнили их головы, и они одновременно вдохнули воздух. Маг раскрыл глаза, и увидел, как лежит на холодном полу Башни, где примерно три недели назад создавал себе точку возврата в случае чего. Мысли в голове стучали, сердце бегало по груди, тоскливой болью отдаваясь в ребрах и руках. Рядом с ним лежала Ирса, она спала. В её руках была игрушка, та самая, которую ей подарили разбойники.
В Башне все было по прежнему. Тихо сновала горничная по коридорам, на кухне кухарка гремела посудой. Через раскрытое окно было слышно, как садовник подстригает розовые кусты.
– Вторник. Он всегда приходит во вторник – подумал мастер про садовника, и его как осенило: он вспомнил, что именно сегодня должен состояться тот самый эксперимент, благодаря которому мир обречён на смерть. Вторник.
Положив Ирсу на кровать в её комнате, заботливо укутав одеялом, маг поднялся по винтовой лестнице в зал ритуалов. Его шаги эхом отзывались по коридорам, и с каждым новым витком лестницы маг чувствовал, что что-то неладное происходит сейчас за той самой дверью.
И он был прав. Потому что когда он уже повернул рукоять двери зала ритуалов, и открыл её, ему предстала картина, как он из прошлого, точно такой же маг, как и сейчас, уже добавлял в колбу светлой энергии частицу тёмной.
Снова шипение, искры, дым, падающие книги. Маг из прошлого, и маг из будущего дня смотрели друг на друга, а в это время за их спинами гибла очередная Вселенная…
Рождался новый бог: Александр.
Снова тот же день, лес, шелест моря в голове… Волны отбиваются о стенки черепной коробки, плещут, игриво кричат чайки над ним и прохладным побережьем…
Чаща леса, такая знакомая, такая родная. Палатка, ночник в виде мерцающего сверчка. Маг… Нет, два мага. Идут, о чем-то спорят, разговаривают.
Я всё ещё ничего не понимаю. Метка в виде прямой линии на левом запястье ноет, отдаёт льдом и морозом, даже сложно из-за этого двигать рукой. В холщовом рюкзаке за спиной тяжёлым грузом лежат учебники по травоведению, анимагии и заклинаниям, в кармане льняного платья скомканный листок бумаги с названиями и рисунками ядовитых растений. Мы идём куда-то, как раньше, вдвоём, но в этот раз уже с временной аномалией, волшебником из прошлого, и Мастером из будущего. Мир вокруг нас трещит по швам, искривляются текстуры сосен, подвисают облака, и в разрезах проступают чёрно-зелёные строки кода…
Привал. Ещё один на пути к логову Александра. Я чувствую его присутствие, но не могу произнести его имя. Он смотрит на меня из моего же тела, моими глазами смотрит на мир. Он уже давно знает, что мы задумали, где мы находимся.
И готовит нам самый дружелюбный приём, что есть в этом лесу.
Хоть бы ничего не сорвалось. Система выдержит. Должна выдержать. Осталось всего пятнадцать часов до цели.
Мой учитель, думающий что он умён, довёл игру до полного краха. Он - не творец, нет. Творец в этом мире только я. Иначе почему вы думаете, я не повторилась в другом мире, куда перенесла нас смерть от Александровых чар? Это лишь точка сохранения в этой Вселенной, но мы должны были вернуться вдвоём, а значит, новый бог ошибся в своих расчётах...
Значит, впереди может быть всё, что угодно. Мы можем как и опоздать, пропав в бездне зелёного кода, как и прийти вовремя.
Холодная, острая, железная метка в моей руке ныла и ныла. Какая жалость, что я не успела отключить болевые ощущения хотя бы у себя. Но учитель, тот что из будущего, смотрит на меня с сочувствием - правильный ход. Он привязался ко мне, и я это знаю. Это на беду ему, и мне тоже на беду - ведь я к нему тоже привязалась... Ох, непростая же это вещь: любовная линия в игре. Жаль будет, если умрёт, хотя жалеть модель, созданную мной же, было бы эгоистично и глупо...
Тем временем лес мрачнел, маг, что из прошлого, постепенно таял в холодном воздухе. Из-под болотных кочек прорывался дым, словно бы под землёй жил дракон. Птицы умолкли, а луна, запутавшись в ветках, стекала по стволам деревьев плавленным серебром.
Я подняла глаза, и увидела ворота из тёмного дерева, которые звали к себе низким шёпотом. Нечто за нашими спинами пело заунывную песнь, от чего я не хотела, и одновременно боялась обернуться назад.
- Мы пришли. - сухо сказал Мастер, и бросил на землю котомку с вещами. Из-за пазухи он достал небольшой кинжал и протянул его мне.
Значит, сейчас будет вершиться наша первая битва.
Продолжение следует