Как жить так, чтобы никого не обидеть? Дама об этом полночи думала. Так разволновалась, что сон потеряла. Понимаете, великие светочи человечества – типа Христа и Будды - учили добру. То есть на активность зла не реагировать. Напротив, быть светлым и добрым. Это нравственная красота.
Совсем не реагировать на выпады зла. Главное, не раздражаться. Сдерживать нервные импульсы. Есть такие люди, которые, видимо, родились для того, чтобы цепляться к другим. И провоцировать их. Вот и нужно себя в руках держать. Это же две собаки могут раскусаться. А она же не собака.
Всё думала и думала. Вспомнила почему-то Сонечку Мармеладову. Вот уж кто нахлебался горюшка. А ничего. Ходила с кроткой улыбкой.
Тоже решила с кроткой улыбкой ходить. Хотя бы под старость лет пожить доброй и светлой жизнью. Есть же воля. Есть же разум.
Утром проснуться не могла. В половине десятого позвонила дочь. «Ты что, спишь еще? Ну, ты даешь»!
Еще бы вчера она ответила строгим голосом, что на пенсии, право имеет. И добавила бы, что позвонить можно и позднее.
Но вчерашнее решение быть доброй заставило иначе ответить. Сказала, что да, залежалась сегодня немного. Кротким таким голоском сказала. Как Сонечка Мармеладова у Достоевского. И самой приятно стало.
Всё утро ходила по комнате, освещенная новым светом – добра, терпения и справедливости. Светом понимания других людей – их тяжелой участи. И думала, что человеку прощать все надо. Потому что у человека судьба тяжелая. И в его душе нет света добра.
Ходила и немного гордилась собой. Потому что ей свет открылся. И она истину поняла.
Приятно было мягкими и добрыми руками все переделать. И прибраться, и постирать. Делала и ласково улыбалась, как Сонечка Мармеладова. И было немного жаль, что ее никто не видит в этом новом состоянии.
Взяла сумку. Пошла гулять. Сначала пройти по привычному прогулочному маршруту. Нужно посмотреть на людей и на мир новыми добрыми глазами. Насладиться качественной переменой, которая произошла в ее внутреннем мире.
Она улыбалась детям и встречным старушкам. Посылала улыбкой сигнал добра. Шла, плавно переступая ногами, без резких порывистых движений. Это потому, что у нее на душе почти благодать. У нее на душе мир. Нет раздирающей негативной энергии. У нее все на душе замечательно. Вот об этом и тихая-тихая улыбка, как у Сонечки Мармеладовой, говорит-шепчет.
На обратной дороге зашла в магазин. Ходила, выбирала продукты. Думала, что нужно приготовить нечто нейтральное. Так как острая пища возбуждающе действует на нервную систему. А ей необходимо держать себя в руках. Ей нельзя раздражаться. Только-только начала новую жизнь. И к этой новой жизни нужно привыкать.
Положила всё в свой полиэтиленовый пакет. Подошла к кассе. Выложила покупки на ленту.
Кассир сказала, что обслуживать не будет: маску надеть надо. А у самой голубая марлевая ткань еле держится на лице. И даже нос не прикрывает.
Мягким голосом попросила обслужить. И сообщила, что не взяла маску с собой. Да и других покупателей нет. Магазин пустой.
Кассир невозмутимо ответила, что повторять не собирается. И отвернулась. Тогда пришлось ей указать мягким и ровным голосом, что у нее у самой клочок голубой марли ниже носа.
Кассир неожиданно взвизгнула: «А пошла бы ты подальше».
Мирный и тихий голос куда-то подевался. Говорить не могла. Молча достала телефон, чтобы сфотографировать обнаженный нос кассирши. Но вдруг – противодействие. Телефон упал.
Гнев охватил душу.
Развернулась и заехала сумкой по ненавистной кассе. Лицо у нее стало ужасным, как у дикого зверя. Кассирша испугалась и отступила на шаг.
Крик, визг, злые слова.
На улице с трудом опомнилась. Голова кружилась от возмущения. Хотелось облить продавщицу чем-нибудь грязным.
Снова долго не спала. От огорчения. Свет куда-то ушел, будто его и не было. И истина потухла. Ничего не осталось. Было сознание своей грешной несдержанной натуры. И чувство обиды – на себя. Не выдержала испытания. Прощай, Сонечка Мармеладова.
Может, потом получится?