Мария Ивановна, женщина лет пятидесяти, на рынке торговала не один десяток лет. Она сбывала там излишки продукции из своего сада. А в тот день она принесла ведро черной смородины, ведро вишни, три килограмма крупной красной малины. Точнее сказать, ее подвезла на машине дочка по пути на работу.
Она расставила свой товар на сборный небольшой столик, который служил ей верой и правдой уже несколько лет. Рассыпала в пластиковые одноразовые стаканчики ягоды смородины, вишни, малины. Цены не стала записывать, полагая, что так будет лучше. С покупателями необходимо общаться, они будут спрашивать, задавать вопросы, а она – отвечать. Можно будет поторговаться, просить одну цену, а потом и сбавить, если цена не устроит покупателей. Обычно Мария Ивановна не любила завышать цены на свои ягоды, жалея и понимая бедственное положение рабочего класса. Хотя частыми покупателями и завсегдатаями рынка являются люди преклонного возраста, пенсионеры лет 70- 80.
Её соседом оказался беззубый старик, который расставил в ряд ведра с молодой картошкой. У других цена на свежий урожай картошки составляла 60 рублей, на более мелкие плоды — 40 и 30 рублей. А у него цена 25 и 30 рублей за 1 кг.
Ему помогала какая — то женщина, неопределённого возраста; если судить по одежке, можно дать все сорок лет, а если же приглядеться, то далеко за пятьдесят ей уже.
Торговля шла бойко, правда излишняя разговорчивость и болтовня старика некоторых покупателей раздражала, и они открыто затыкали ему рот, торопя быстрее взвешивать и отпускать товар.
И вдруг одна молодая пара возвращается назад к старику и подаёт пакет с картошкой обратно. Они оба громко заявляют, что картошка пахнет бензином. Он беззубым ртом пытается что- то сказать в своё оправдание, но те требуют вернуть назад деньги, иначе пойдут жаловаться администратору рынка.
Старик достал сто рублей из порванного кармана длиннополой куртки
серо — зелёного цвета. Марии было неприятно наблюдать такую картину. Хотя ей непонятно было, почему старик продаёт дешёво свою картошку, потому что другие поставили цену за 1 кг — 60 рублей, а иные и того дороже продавали.
После этой недовольной пары подошла женщина лет сорока, а он стал рассказывать ей, что вернули ему товар, обвинив его, что картошка пропахла бензином. Та понюхала и отвечает:
— Ничем не отдает, картошка, как картошка. — Давай вешай мне 3 кг.
Подошла еще одна покупательница, спрашивая, картошка старая или с нового урожая.
— Картошка молодая, это я старый, я старый, — несколько раз повторил старик и кликнул женщину — помощницу.
Та помогала нагребать в пакет картошку, а он сам взвешивал на весах.
Расплатившись, женщина ушла дальше. Через некоторое время возвратилась назад и заявляет:
— Слушай, дед, не хватает двести граммов. Тот добавил две - три картошки и вслед покупательнице злобно прорычал:
— Пошла на…
Кстати, когда он оставался недовольным покупателями, всем им вслед произносил:
— Пошла на …или пошёл на …
Мария Ивановна пыталась образумить и пристыдить его, а тот и в ус не дует, продолжает своё дело и всё.
Он иногда уходил к машине и оттуда притаскивал мешки с картошкой. Как- то задержался он и разговорился с мужчиной, а тут закончился товар, а покупатели ждут.
— Валера, тащи мешок, покупатели ждут, — зычно закричала женщина. Не спеша и не торопясь, ругаясь себе под нос, притащил мешок с товаром.
— Ну, дед, шевелись уж, сколько можно ждать, — с недовольством ворчал мужчина.
— Я уж не молодой, мне ведь семьдесят лет, я с пятьдесят второго года рождения, прошамкал беззубым ртом дед - грузин. Иногда начинал что- то подпевать на своём языке.
— Так мы ровесники, — с глубоким удивлением произнёс мужчина, тучной округлости, небольшого роста. Ему трудно было дать семьдесят лет, выглядел, пожалуй, на шестьдесят.
Мария Ивановна не слыла излишне любопытной женщиной, однако ей захотелось узнать, почему же некоторые посчитали, что его картошка пахнет бензином. Помощница спокойно ответила на ее интересующий вопрос:
— А кто их знает, почему так решили они. Бензина нет ни в салоне, ни в багажнике, чтобы была утечка, откуда- то и повлияла на качество товара.
— А Вы кем приходитесь Валере?— невзначай задала свой вопрос Мария.
— Мы с Валерой старые знакомые, дружим двадцать лет уже.
— А семья есть у него? Супруга тоже есть, наверно? — продолжала свой допрос любопытная женщина.
— Его семья в Грузии, а он проживает в этом городе более двадцати лет. И столько лет мы знакомы с ним. Мария Ивановна сделала вывод, что они сожительствуют, потому что Валера недовольно бурчал на неё, как на законную жену. А она тоже не отставала, в ответ могла тоже прикрикнуть на старика.
Хорошо ли плохо ли, однако свой товар сумели реализовать до полудня.
Мария Ивановна так и не поняла, на самом деле картошка у них пахла бензином, а если да, то почему…
Опять же почему низкая цена у них? Если на самом деле картошка содержит запах бензина, то в следующий раз им здесь не торговать, быстро поставят на место и попросят с рынка.