Рассказывает 47-летняя пациентка.
Постоянно я живу в одном из регионов, там же я и лечила рак левой молочной железы в 2020 году. Лечение включало курсы «химии», лучевую терапию, а также радикальную мастэктомию — мне удалили грудь. После того, как вся терапия завершилась, в целом я чувствовала себя хорошо, но меня беспокоил отек в левой руке: он все увеличивался, становясь все болезненнее и болезненнее.
Тогда я решила обратиться в «Клинику Лядова» — направление мне выдал мой лечащий онколог.
На первичном осмотре у меня зафиксировали слабость в отдельных мышцах левой руки, снижение кожной чувствительности, а еще — очевидную разницу рук в объеме.
После осмотра врач сказал, что мне необходима программа реабилитации — и чтобы она была максимально эффективной, необходимо провести еще несколько исследований.
УЗИ сосудов руки, консультации хирурга-маммолога, невролога и терапевта, а также стимуляционная электронейромиография — пройдя через все эти процедуры, я получила допуск к реабилитации.
Препятствий для этого не нашли: опухоль не грозила рецидивом, тромбоз сосудов мне также не угрожал. Подтвердились, правда, опасения невролога: кроме лимфостаза, вызванного удалением лимфоузлов, у меня были также повреждения локтевого и срединного нервов на левой руке. Они, к слову, не были связаны с операцией.
Собралась целая команда — причем, как принято ее называть, мультидисциплинарная: онколог, невролог, врач-физиотерапевт, медицинский психолог. Вместе они составили для меня программу восстановительного лечения — и когда я говорю «для меня», я имею в виду, что это была абсолютно индивидуализированная программа, учитывающая все особенности моего организма.
Довольно скоро, буквально за неделю, отек руки спал в два раза, и к моей руке вернулись сила и чувствительность. Меня выписали со списком рекомендаций, как поддерживать работоспособность руки уже в домашних условиях. Эти рекомендации я строго соблюдаю!