Падишах Османской империи любил сестру своего отца, Михримах-султан. С детства он восхищался султаншей, к которой прислушивался даже могущественный султан Сулейман хан. После ухода Хюррем-султан именно госпожа луны и солнца стала главой гарема и достойно справлялась с обязанностями, возложенными на нее сначала отцом-повелителем, а затем братом, Султаном Селимом. Народ тоже благоговел перед могущественной султаншей, зная о том, сколько добрых дел совершает госпожа, строя и содержа начальные школы и медресе, хамамы и больницы, благотворительные кухни (имараты), лавки и даже караван-сарай.
С подачи своей дочери, Айше-Хюмашах, госпожа луны и солнца начала выделять с доходов одного из своих вакфов 100 ахче на организацию похорон одиноких людей.
Михримах-султан создавала вакфы не только в Стамбуле, но и в священных городах – Мекке и Медине. Вместе с суррой (караван с дарами для Каабы, которые ежегодно снаряжали османские султаны), Михримах передавала часть доходов от вакфов для бедных и нуждающихся мусульман Мекки и Медины, и даже отремонтировала систему водоснабжения в Мекке.
Сам Мурад ещё помнил, как Михримах-султан легко выделила из личных средств 50.000 дукатов, которые пошли на подарки пашам и янычарам по случаю восшествия отца на трон, и позже дала гораздо большую сумму на изготовление 400 галер, которые затем подарила османскому флоту.
В политике госпожа разбиралась не хуже, чем в нарядах и украшениях, в отличие от его матери, Нурбану-султан, которая власть рассматривала только как источник неиссякаемого богатства. Поэтому советы Михримах-султан Мурад выслушивал с большим вниманием, хоть женщина нечасто говорила с племянником о делах государства, уверяя Мурада, что он не нуждается в ее помощи, поскольку обладает всеми качествами, необходимыми падишаху.
- Повелитель, - Михримах-султан присела в поклоне, - благодарю, что согласились принять меня.
- Михримах-султан, Айше-Хюмашах-султан, я счастлив видеть вас в своем дворце.
Мурад вышел навстречу гостьям, узнав, что его тетя и двоюродная сестра уже приехали во дворец. Айше Хюмашах поцеловала руку брата-повелителя, который кивнул в сторону хазнедар.
- Разие-хатун проводит вас в ваши покои.
- Мурад, мне бы хотелось поговорить с тобой, когда это будет удобно, - Михримах протянула руки племяннику и тот взял их в свои сильные ладони.
- Конечно, Михримах-султан. После заседания дивана я зайду к вам. Иншалла, тема нашего разговора не вопрос жизни и смерти?
Михримах покачала головой и ещё раз поблагодарила повелителя.
Ободряюще пожав пальцы султанши, падишах улыбнулся и направился в зал, где его уже ждали визири. По пути он размышлял о том, как бы ему хотелось, чтобы его мать была такой же уважаемой и почитаемой в народе султаншей, как госпожа луны и солнца. Он решил, что сделает всё, от него зависящее, чтобы это желание сбылось.
Оказавшись в выделенных для них с дочерью комнатах, Михримах не могла оставаться на месте, прохаживаясь взад и вперёд, от одной стены к другой.
- Валиде...
- Молчи, Айше... то что ты задумала, совершенно немыслимо...
- Матушка, но мы уже тысячу раз это обсудили и мне казалось, что вы согласились с моим решением...
- Я и подумать не могла, что ты так упряма... Не замечала этого раньше... И главное, ради кого? Что-то я не помню за тобой такой настойчивости в вопросах, касающихся пользы для членов нашей династии... А тут ради чужого тебе человека, ты... Ещё неизвестно, что скажет повелитель!
Михримах была взвинчена, и с трудом подбирала слова.
- Валиде, Мурад хан очень любит и уважает вас, если вы с ним поговорите, он не сможет вам отказать. Поймите, для меня это важно. Ахмед-паша заслужил это, вы же знаете!
- Лучше бы ты попросила меня уговорить Мурада сделать твоего мужа великим визирем, вместо Сокколу, я бы выполнила такую просьбу с куда большим удовольствием....
- Валиде, - засмеялась Айше-Хюмашах, - а мне казалось, что вы нашли с Сокколу Мехмед-пашой общий язык. Говорят, что в вашем дворце он бывает чаще, чем у своей тещи в Еникапы. Если бы не почтенный возраст Сокколу, давно пошли бы сплетни... Ведь вы всё так же прекрасны, и можете вскружить голову кому угодно!
Мать и дочь захохотали, и это немного разрядило обстановку. Однако, обе переживали - согласится ли султан Мурад хан выполнить просьбу своих родственниц.
- Михримах-султан, - Сафие не заставила себя долго ждать, - Айше Хюмашах султан, как хорошо что вы приехали!
Женщины обнялись и присели на диван.
- Как ваше здоровье, Айше Хюмашах? Я слышала, что в вашем дворце лекарей больше, чем в "Дар-ат-Тиббе» в Бурсе, - обеспокоено заговорила хасеки, но, наткнувшись на взгляд Михримах-султан, смолкла.
Услышав, что хасеки упомянула самый большой медицинский центр в Османской империи, который одновременно служил и больницей, и медицинской школой, Айше непонимающе переспросила:
- О чем ты, Сафие?
- Сафие-султан, похоже, наслышана, что после того, как Али-ага скоропостижно скончался от сердечного приступа, Семиз Ахмед никак не может выбрать себе главного лекаря... Где взять второго такого искусного врачевателя...
Михримах-султан перевела тему:
- Как шехзаде? Иншалла, они здоровы?
- Да, госпожа, всё хорошо, слава Аллаху. Расскажите, с чем связан ваш визит?
Айше Хюмашах опустила глаза.
- Ничего серьезного, Сафие. Небольшие семейные неурядицы в семье Айше-Хюмашах.
- О, Аллах! Только не говорите, что вы решили развестись с Ахмедом-пашой!
- Не переживай, Сафие, мы не разводимся, - уголком губ улыбнулась Айше Хюмашах-султан, - речь скорее о свадьбе...
- О свадьбе? - недоуменно переспросила фаворитка султана Мурада.
- Не бери в голову, Сафие. Лучше расскажи, что тут у вас происходит в гареме. За те два месяца, что мы с тобой не виделись, наверняка произошло немало событий.
Читать далее НАЖМИТЕ ➡️ здесь
Вы прочитали 116 главу второй части романа "Валиде Нурбану".
Первая глава по ссылке тут, это логическое продолжение сериала "Великолепный век"
