На следующий день в 10.00 Натали и полковник Трофимов приехали в Красногорское патологоанатомическое бюро, чтобы присутствовать на вскрытии убитой Виктории Нестеровой. Их встретил Геннадий Власов, судмедэксперт, который должен был проводить вскрытие. Он метил на должность директора патологоанатомического бюро, а пока изо всех сил зарабатывал себе имя, в том числе, сотрудничая с полицией. Судмедэксперт и светило патанатомии в одном лице. Натали надела заранее приготовленную маску. Она никогда не могла долго выдерживать трупный запах. Светило взглянуло на нее с презрением.
Они прошли по длинным прохладным коридорам. Их встретил специфический запах гниения, смешанный с запахом формалина, крови, кала и мочи. Вдоль стен стояли пустые каталки. Они прошли в трупохранилище, и Власов, сверившись с номером, выдвинул из холодильника труп Вики. Санитары перенесли тело на стол в секционной, и все прошли туда следом за Власовым.
Натали подошла ближе. Теперь тело можно было осмотреть. И именно осмотр тела, а отнюдь не его вскрытие, в данном случае был самым тяжелым для Натали моментом.
Первым, что бросилось Натали в глаза, было то, что голова Вики была бордового, почти коричневого цвета, в то время как тело – бледным, уже почти синюшным. Тело покрывали множественные раны, неглубокие, но частые. Было что-то странное в облике этих ран, Натали сначала даже не поняла, что именно.
Натали приблизилось и взяла покойную за руку. На предплечье была рана. Натали слегка раздвинула ее края. Ей никогда не приходилось видеть подобного.
Раны не были заполнены кровью. Вообще. На них не было ни следа запекшейся крови. При этом таких ран было множество, казалось, все тело было покрыто ими. Но каждая из них была как будто промыта; если осмотреть рану, то окружающие ткани были видны «как на ладони». Это было невероятно, но на срезе можно было видеть послойно все ткани. Она осмотрела другие раны. Везде картина была одна и та же, даже если ткани были повреждены глубже.
Натали содрогнулась.
– Я могу продолжать? – спросил Власов.
Натали кивнула, делая вид, что не заметила издевки.
Власов работал быстро. Натали все продолжала думать о характере ран на теле убитой, а он уже успел разрезать грудную клетку, описать на диктофон сердце и легкие, затем перешел к брюшной полости, исследовал все органы и отобрал образцы тканей для дальнейшего изучения в лаборатории.
Натали боялась, что ей станет дурно. Но вскрытие закончилось быстрее, чем это произошло.
Санитар уже промывал стол после вскрытия.
– Заключение будет сегодня. Результаты гистологии будут готовы через 10 дней, по возможности раньше, – сказал Власов и вышел.