Давным-давно
жила в нашем доме Жранечка.
Нет, в начале-то
это была просто малолетняя Лариска —
тощенькая бледная немочь,
которая завтрак и обед
носила за щекой до ужина.
Но умнющая ее мамка,
которая дико страдала от того,
что дитятко ничего не кушает,
сшила сумочку-напузницу.
Тогда еще таких ни у кого и не было.
А в эту сумочку, как в защечный мешок,
стала класть Лариске перед выгулом
полкило докторской колбаски,
калорийную булочку с изюмом и
большое румяное яблочко.
Дворовая привычка детворы —
орать скопом всякому,
вышедшему во двор с куском:
«Сорок восемь — половинку просим!»
в Ларкином случае стала роковой.
Есть ей, по началу-то,
все так же не хотелось.
Но и свое отдавать — жаба давила.
Едва выставив тощую заднюю лапку
за порог подъезда,
наловчилась Лариска пищать,
опережая нахлебников
безапеляционным и неопровержимым
по законам нашего двора:
«Сорок одна — ем одна!»
И, давясь, пихать в себя
«гостинчик» из набрюшника...
А потом вошла во вкус.
И разожралась до матерого колоб