Дыма появилась в нашем дворе примерно в августе и сразу же родила котят. Очень милых котят, которые, к сожалению, не выжили. Кого-то разорвали собаки, остальные заболели в дожди и, как мы не лечили их, всё-равно умерли.
Но спустя месяц мы заметили, что пузо у Дымы вновь выросло, и тут стало не до шуток. Время - почти октябрь, родит она, значит, где-то в ноябре. И что будет с котятами зимой? Помёрзнут же все! Но ни денег стерилизовать её, ни возможности её хотя бы поймать у нас не было. Дыма дружелюбно тёрлась об ноги, но при малейшей попытке взять на руке кусала до крови. В итоге мы решили её подкармливать, в надежде, что всё-таки в тёплом подвале она сможет родить и выходить котят.
Но Дыма не выжила б на улице, не будь она умной кошкой. Спустя некоторое время она связала, что лица, которые её регулярно кормят, и лица, которые мелькают в окне (а живём мы на первом этаже) - одни и те же люди. С тех пор три раза в день она стала приходить к нам под окно и кричать. Мол, покормите меня. Мы вздыхали, уже жалея, что создали себе лишнюю проблему, но шли кормить.
Но умная кошечка скоро поняла и ещё одну вещь. Если люди заходят с улицы в подъезд, а потом появляются в окнах, значит, они живут в этом подъезде. И если зайти в этот подъезд, может быть, они покормят и согреют еще больше?
Следующие несколько недель мы просыпались от того, что под нашей дверью начиналось мяуканье, вздыхали и шли выгонять Дыму из подъезда и кормить. Не подумайте, что мы так хотели выгонять её на мороз, но Дыма гадила в подъезде и жильцы очень сильно возмущались.
В один день, когда я открыла дверь, Дыма, вместо того, чтобы бежать к лестнице на выход медленно и неуверенно вошла в квартиру. Вошла и осталась там.
Делать было нечего. Мы с мамой нашли коробку, постелили в неё тряпок, купили ещё одну миску и лоток, и стало у нас в доме на одну кошку больше. К сожалению, Дыма очень сильно дралась с нашей Масей, так что её территория ограничилась тамбуром, в который она вошла.
В середине ноября родились котята. Если бы на тот момент стояли, а не сидели возле коробки, мы б упали. Дыма была серой кошкой, похожей на русскую голубую. Три котёнка родились серыми, пусть на породистого походил только один. Четвёртый, родившийся самым первым, заставил нас нервно хихикнуть. Чёрный (позже оказалось, вообще трёхцветный) и длинношерстный котёнок от серой короткошерстной кошки.
Котята росли не по дням, а по часам. Ползали по коробке, пищали, сосали молоко, царапали картонные стены своего обиталища. Нервная Дыма сбегала от них на улицу, чтобы хоть как-то прийти в себя от этого детского ада. Тогда мы клали котятам грелку, потому что тамбуре не было батареи и было достаточно прохладно. Старались выносить котят и в более тёплые комнаты, следя, чтобы Мася не приближалась к ним.
Вскоре у котят появились и клички. Самого серого и похожего на породистого назвали Юриком. Длинношерстного - Чёрным. Единственную девочку в помёте - Крохой и Девчонкой, в зависимости от того, спала она или лупила всех остальных. Оставшегося котёнка - Серым. Да, фантазия - не наш конёк.
Так как Дыма, хоть и жила у нас, уходила в туалет на улицу, вскоре она опять пришла с животом. Мы начали материться. Доброта добротой, но устраивать в доме приют для кошек-нелегалов (ибо бабушка не знала, что у нас вместо одной кошки живут шесть, хоть и подозревала) абсолютно не входило в наши планы. Дело было примерно в середине января. Дыма ушла на несколько дней, а вернулась с пустым животом, поела и довольно свернулась в коробке, намекая, что никуда она не собирается, и как бы мы не искали её котят по подвалу, так и не нашли.
С началом весны Дыма выскочила из квартиры и ушла гулять во двор. Несмотря на то, что в доме её ждала коробка и корм, она выбрала свободу и перестала даже забегать в подъезд.
Котята же остались в доме и начали отвоёвывать пространство. Тамбур становился для четырёх коней маловат. Мы начали выпускать их на кухню, закрывая двери, чтобы Мася не нервничала. Котята подумали, решили, что кухня им нравится больше, и начали в три часа утра биться головой об двери тамбура, намекая, что пора бы их выпускать. Причём в одиночестве на кухне они сидеть тоже отказывались, начиная громко кричать. Я зевала, но шла на кухню и сидела с ними до победных семи часов, после чего ответственность перекладывалась на такую же зевающую маму, а я, с сонными глазами шла на дистанционку.
К сожалению, Серый ушёл на самовыгул, и в один день просто не вернулся. Мы искали его по всему двору и в соседних дворах, спрашивали у жильцов, которые знали наших котят, но Серый исчез.
Через несколько недель самовыгулом заболел и Юрик. Если его не пускали на улицу, он дико орал, пытался вышибить дверь и отказывался ходить в туалет, так же дико не признавая шлейки. Мы надеялись, что судьба Серого не повторится и каждый раз боялись и не напрасно. Юрика растерзали собаки. У меня была истерика.
Чёрный и Кроха на улицу не рвутся, они остались вдвоём из всего помёта. Дыма тоже пропала, возможно, ушла дальше по дворам оставлять потомство.
У нас в доме остались две кошки и один кот. Мы рады, что сумели помочь хотя бы им.