будучи маленьким мальчиком, Андрей любил

будучи маленьким мальчиком, Андрей любил

задавать вопросы папе, а папа обычно отвечал на него, шутливо приговаривая: «Надоел ты мне со своими

дурацкими вопросами. Вот вырастем, сделаем тебя директором школы и задавай вопросы как

директор». Андрей очень любил школу. В школе он действительно начал рано читать книги, в

школе он влюбился в учебники, в учителей, в свою работу и вскоре стал влюбляться в

учителей, в этот прекрасный мир, в людей, с которыми ему приходилось общаться.

И вот теперь, выйдя из-под временной крыши, в которую он спрятался от дождя, Андрей, как

всегда, хотел было броситься бежать к реке, где он мог бы укрыться от дождя и,

конечно, от «батона», но не сделал этого, а сначала тихо пошел по улице — мимо

тревожно замершего в темноте озера, мимо двухэтажного дома, на стенах которого,

прикрывая друг друга, словно щитами, стояли вплотную хвойные деревья, а на крыше

красовался новенький красный флаг с серпом и молотом в окружении колосьев пшеницы.

Наконец Андрей подошел к калитке отцовского дома, открыл ее и застыл на пороге.

Перед его глазами стояла грустная картина. Возле причала, понурив голову, стоял дед

Афанасий и не то молился, не то напевал странную мелодию. Слева, под сосной, сидела

на корточках, отвернувшись от дедушки, Лиза, а рядом с ней, поджав ноги, сидела,

склонив голову, сестра Лида. И хотя они не виделись довольно долго, они не могли не

узнать друг друга. Теперь, когда Андрей знал, как выглядит Лиза, он едва мог поверить,

что это та же самая Лиза, которая когда-то еще в средней школе все пыталась

познакомиться с ним поближе и, наконец, ей это удалось. А Лиза, в широко открытых глазах

которой застыла обида и растерянность, смотрела на него совсем не так, как тогда, когда

она узнала, что он стал мужчиной. Теперь Андрей видел перед собой не девчонку, которая

первым делом спросила его, кто он такой, а взрослую девушку, у которой чуть было не

случилась беда.

Алексей Иванович встал на ступеньку крыльца, на его лице появилась виноватая

улыбка, и он, присев на корточки, обнял Лизу за плечи и тихо, чтобы не услышала

Лида, сказал