Мы прибыли в стационар, и пока я ходила за каталкой, на моем сидении возникла гора жвачки "Love is..", больной мой сидел в машине и улыбался до ушей. "Это ты нам жвачки насыпал?" - "Ага!" Я тоже улыбнулась, потрепала его по голове и в очередной раз сказала: "Какой же ты хороший!" На душе у меня было удивительно светло и радостно - так, как давно уже не было.
А ведь начиналось все так себе - тромбофлебит нижней конечности после инъекции запрещёнными веществами, больной к тому же еще и в алкогольном опьянении. Ну в общем полный набор, обычное такое дно, требующее большого терпения от медика, потому что обычно такие пациенты из какого-то другого, чудовищного мира, соприкасаться с которым крайне неприятно. Но работа есть работа, а тромбофлебит и в самом деле был знатный, прям даже стало жалко парня.
А дальше началось какое-то волшебство - чем дольше мы разговаривали с больным, тем больше проникались к нему теплом. Он оказался прекрасным, добрым, светлым луганским парнем, который был на войне, а после ранения подсел на запрещённые вещества. Не знаю уж, когда он подсел на алкоголь, но все это помогает ему уснуть, забыть ужасы войны. Я понимаю, что все это самооправдание, но как я могу осуждать человека, не пережив того, что довелось ему.
Всю дорогу до больницы мы разговаривали с ним про Донбасс, войну, про его дочек, первую и вторую жену и прочее. Он оказался
очень интересным собеседником. Он пережил очень много страшного, такого, что выходит за рамки человеческого понимания. Но скажу вам честно - настолько светлого человека я не видела уже очень давно. Этакий ангел с лёгким украинским говором, только почему-то пьяный и наркозависимый. Блин! Ну как так-то??
Надо сказать, что за семь лет работы на Скорой помощи, я крайне преуспела в эмоциональном выгорании, теперь меня вообще мало что радует в жизни, а тем более на работе, к тому же весь день меня донимала боль в спине и голове, и каждый вызов для меня был мучителен в эмоциональном и физическом плане. А тут еще пьяный наркоман. И каково же было мое удивление, когда я от души смеялась со своим пациентом. Смеялась настоящим лёгким, добрым, весёлым смехом. Я и сейчас улыбаюсь, когда думаю о нем. Он сумел пробудить все самое светлое и доброе, что было во мне.
Мне так хочется, чтобы он взял себя в руки. А еще я очень боюсь приехать к нему на передоз, потому что мы не всегда можем вовремя успеть, и от этой мысли у меня сжимается сердце. Ведь он должен танцевать на своих двух ногах на свадьбе своих дочек, этот золотой человек, который ходит по дну.
