Тетя осчастливила меня подарком. В семь лет я получила старинное, немецкое пианино из красного дерева. Оно глядело на меня и кричало:
- Играй немедленно!
⠀
Мама тоже смотрела на меня и представляла кем-то вроде Пахмутовой. Папа ничего не представлял, он играл на гитаре с удовольствием.
⠀
Я же предпочитала играть в пятнашки, но мама есть мама. И в первом классе в моей жизни появилась еще и музыкальная школа.
⠀
Со второго занятия сольфеджио я поняла, что безнадежно тупа и бездарна. Кажется, на этом настаивала учительница.
Мама же убеждала меня в красоте музыки. Ее ванильная реальность рисовала меня в бархатном платье, с тонкими и длинными пальцами, виртуозно отплясывающими на клавишах что-то из Баха или Шопена.
⠀
Как знать – кто первый сошел бы с ума: я, мама или училка сольфеджио. Но в это самое опасное время к нам в класс пришел тренер по плаванию. Он был прекрасен как юный Аполлон и убедителен как реклама сливочного сыра Альметте.
⠀
Я вдруг почувствовала, что рождена для воды. Я мчала