Маруся пришла раньше обычного времени. В гостевой было тихо и пусто, у окна сидела незнакомая женщина с ноутбуком.
- Здравствуйте... - неуверенно сказала Маруся.
Через ее плечо в комнату заглянула Котя.
- О, Татка здесь, - обрадовалась она - Читать книжку будешь?
- Полдела никогда не показывают, - улыбнулась Татка.
-Таточка, а историю? – хитренько спросила Котя.
- Историю можно. Да не стойте в дверях, как не родные, - скомандовала Тата.
Девушки сели вокруг Таты, Маруся в момент обеспечила всех кофе.
- Историю, историю...- пробормотала Тата. - Есть у меня одна история, все быль до последнего слова... Мне, молодой дурынде, было 22 года, и в первый в своей жизни отпуск я поехала в курортный городок к двоюродному брату. А брат, надо вам сказать, такой же оболтус, таких же лет, с гиком молодецким потащил меня по всем своим тусовкам, по пляжам, по друзьям-ролевикам. И где-то в разгар этой вакханалии я увидела ЕГО. Посреди ободранной кухни на старой табуретке сидел греческий бог. С мышцами пловца, с гладкой кожей дельфина, с влажными, черными глазами, как у древних финикийцев, и лукавой улыбкой. Голову я потеряла в момент. Я отпустила себя, я сказала себе: делай, что хочешь, лишь бы он был моим.
- Это как? - шепотом спросила Маруся.
Котька зыркнула на нее, но Тата ответила:
- Это вдохновение. Когда любовь сносит рассудок, к чертям отключается рефлексия, и женщина почти не понимает, что говорит и что делает. Ее как будто ведет что-то, и каждый шаг, и каждый жест, каждое слово приближают ее к мужчине. Хотя я честно пыталась собрать в кучку остатки мозга, я говорила себе, что это курортный роман, это непрочно и несерьезно, и не стоит... а потом отмахнулась и забыла. И он стал моим, и это было волшебно. Ночью он только касался моей руки - и меня накрывало такой волной, что темнело в глазах. Днем мы были неразлучниками, очарованными, отражающимися в глазах друг друга. Больше чем страсть, но все же не любовь - я не знаю, с чем сравнить такое чувство.
Тата сделала паузу.
- А потом? - не вытерпела Котька.
- А потом настало время уезжать, - грустно улыбнулась Тата. - Я уже была готова все бросить, уволиться и переехать к нему. Чудом у меня хватило ума спросить у него, хочет ли он этого. А он не хотел. Я проплакала всю ночь, а потом собралась и уехала. Впереди было много долгих лет, еще романы, брак и его крах, и новые встречи. Но вот того мальчика с черными глазами я помню до сих пор.