Прощаясь с войсками, экс-император уже не обладал полнотой власти верховного главнокомандующего. Николай II даже не мог повлиять на то, чтобы его приказ был доведен до общественности в оригинале, без редактуры.
Два приказа
К 8 марта 1917 года, дате последнего обращения Николая II к войскам, император был уже низложен – 2 марта он де-юре отказался от царствования в пользу своего брата Михаила (который не принял престол, сославшись на необходимость волеизъявления народа), а 7 марта Временное правительство приняло решение о лишении свободы бывшего царя и его супруги. В Могилев, где на тот момент находился экс-император, приехали эмиссары Временного правительства, чтобы доставить арестованного Николая II в Царское Село.
Российский публицист и историк, биограф Николая II, Петр Мультатули, в своей книге «Кругом измена, трусость и обман (Подлинная история отречения Николая II)» пишет, как готовился документ, получивший впоследствии название «Последний приказ Императора Николая II». Существуют две редакции этого приказа: составленная начальником Генштаба генерал-адьютантом Михаилом Алексеевым и подлинный текст, написанный рукой Николая Романова.
В подлинном тексте Николая II, не отредактированном Алексеевым, бывший император призывал войска не слагать оружие в войне с германцами, замирение с врагом низложенный царь назвал предательством. Вариант обращения, отредактированный генералом Михаилом Алексеевым и отправленный Временному правительству (этот текст так и не был опубликован при жизни Николая II), значительно отличался от оригинала. Там была вставка о том, что бывший император признает легитимность власти Временного правительства и призывает повиноваться ему.
Историк Мультатули со ссылкой на воспоминания современников и свидетелей тех событий считает, что Алексеев тогда предал Николая II, желая засвидетельствовать свое верноподданническое отношение к Временному правительству. Русский историк Сергей Мельгунов, объясняя нежелание Временного правительства обнародовать даже отредактированное обращение Николая II, считал, что его обнародование могло внести смуту в умы либеральной общественности, которая по-своему оправдывала переворот и свержение царя.
Последнее послание
Историки утверждают, что 8 марта 1917 года де-факто стало последним днем для Николая II как «Хозяина Земли Русской», императора России, хотя де-юре он им уже несколько дней не был.
По воспоминаниям генерал-лейтенанта Генштаба Николая Тихменева, 8 марта в прощальном слове перед офицерами Ставки государь с нескрываемой горечью сказал, что «видит их в последний раз» и выразил надежду на победоносное окончание войны с Германией. Николай II, по словам Тихменева, призвал «верой и правдой служить Временному правительству, которому теперь вверена судьба Родины».
Российский религиовед и историк Сергей Фирсов в своей книге «Николай II» писал, что последний русский царь по прибытии в могилевскую Ставку Верховного главнокомандующего уже 4 марта 1917 года мог считать себя частным лицом: в этот день он как Главнокомандующий письменно «сдал фронт» генералу Михаилу Алексееву, который, в свою очередь, «фронт принял».
Фирсов писал, что у Николая II были свои планы на жизнь после отречения – сообразуясь с приказами Временного правительства, он собирался отправиться в Царское Село к своей семье, к болеющим детям. А затем, после поправки детей, выехать в Англию, где планировал дождаться окончания Первой мировой войны, чтобы по ее завершении (успешном для России) вернуться на родину и жить в Ливадии.
Временное правительство поначалу не возражало против такого развития событий, но затем, под нажимом «революционной общественности», приняло решение об аресте экс-царя и его семьи. Николай II узнал об этом по прибытии в Могилев официальных представителей Временного правительства 8 марта, о чем низложенному императору сообщил генерал Михаил Алексеев, будущий «редактор» последнего царского приказа войскам.
По воспоминаниям фрейлины императрицы Анны Вырубовой, прибывший 9 марта в Царское Село Николай II заявил, что хотел бы теперь остаться в России хоть в качестве «самого простого крестьянина, зарабатывающего свой хлеб». Один из лидеров кадетов, Владимир Набоков, отец известного писателя и лауреата Нобелевской премии, вспоминал, что, арестовывая царскую семью, Временное правительство «завязало узел, разрубленный впоследствии в Екатеринбурге». Набоков имел ввиду расстрел семьи Романовых и их домочадцев в екатеринбургском доме купца Ипатьева в июле 1918 года.