Талибов обычно представляют как группировку бородатых мужчин с тюрбанами на головах, движимых исламской фундаменталистской идеологией и ответственных за широко распространенное насилие. Но чтобы понять группировку, которая вот-вот вернется к власти в Афганистане, и то, что можно ждать от её правления, нужна гораздо более детальная картина.
Для начала важно понять происхождение талибов в 1980-х годах во время холодной войны. Афганские партизаны, которых называли моджахедами, вели войну против советской оккупации около десяти лет. Они финансировались и оснащались множеством внешних сил, включая США.
В 1989 году Советский Союз вывел свои войска, и это ознаменовало начало краха афганского правительства, которое сильно на нас полагалось. К 1992 году было сформировано правительство моджахедов, но в столице между ними разразилась кровопролитная междоусобица
Неблагоприятные условия на местах создали благодатную почву для появления талибов. Исламская фундаменталистская группа, в которой преобладают представители пуштунской национальности, «Талибан», как полагают, впервые появился в финансируемых Саудовской Аравией консервативных религиозных медресе на севере Пакистана в начале 1990-х годов. Некоторые из них были моджахедами и воевали против советских войск. В 1994 году талибы начали военную кампанию с юга Афганистана. К 1996 году группировка без особого сопротивления захватила столицу Афганистана Кабул.
Жизнь при талибах
Для измученного войной народа Афганистана обещание талибов обеспечить безопасность и порядок, с одной стороны, и обуздать коррупцию, с другой, было привлекательным. Но за это пришлось расплатиться высокой, а иногда и непомерной ценой: введением суровых наказаний, таких как публичные казни, закрытием школ для девочек от десяти лет и старше, запретом телевидения, взрывами исторических статуй Будды и многим другим. Идеология группировки представляет собой дикое смешение фундаменталистского понимания ислама с афганскими традициями.
Во время пика правления «Талибана» (1999 г.) ни одна девочка не была зачислена в среднюю школу, и только 4% из них (9000) учились в начальных школах. Сейчас в школах учатся около 3,5 миллиона девочек.
После вторжения в страну войск НАТО под руководством США из-за отказа талибов выдать тех, кто стоял за террористическими атаками 11 сентября 2001 года, многие высокопоставленные фигуры «Талибана» избежали ареста и, как выяснилось, укрылись в Кветте в Пакистане. Позже это привело к формированию «Кветта Шуры» - руководящего совета «Талибана», который ныне руководит повстанцами в Афганистане.
Кратковременная эйфория после американского вторжения закончилась, когда в 2004 году талибы заново мобилизовались и подняли кровавое восстание против проамериканского афганского правительства и его поддержки иностранными войсками, унесшее на сегодняшний день жизни не менее 170 000 человек, в том числе 51 613 гражданских лиц. Сейчас повстанческая группировка насчитывает около 75 тысяч боевиков, и существует за счёт иностранного финансирования (поступающего как от правительств, так и от частных доноров), а также налогов на местном уровне, вымогательства и незаконного наркобизнеса.
Существует множество возможных объяснений возрождения «Талибана», в том числе отсутствие продуманной стратегии после интервенции, негативные последствия иностранной военной кампании, коррумпированное и некомпетентное правительство в Кабуле, а также растущая зависимость от иностранной финансовой и военной помощи, а также и региональное соперничество - куда уж без него в Афганистане.
Теперь США заключили сделку с талибами и уходят из страны. Это создает реальную угрозу хрупкому политическому порядку, установившемуся после 2001 года, который в значительной степени формировался, финансировался и защищался иностранными деньгами и сапогами на местах.
Что ждет впереди?
Сделка между США и «Талибаном» породила некоторый оптимизм в отношении возможности политического урегулирования, которое могло бы положить конец затяжной войне и снизить вероятность того, что Афганистан снова станет убежищем для террористов. Но мирные усилия, похоже, потеряли свою динамику после поспешного и довольно трусливого вывода войск США.
Теперь «Талибан» бьёт в барабаны победы и, похоже, засучил рукава, чтобы восстановить свой режим после «вынужденного изгнания» в конце 2001 года. По оценкам, группировка контролирует более половины из 400 уездов Афганистана, хотя по её собственным заявлениям, так и все 85% афганской территории. Однако США предупредили, что не признают режим талибов в Кабуле, если те совершат военный переворот.
Но одного этого может оказаться мало, чтобы удержать «Талибан» от попытки захватить столицу, независимо от ее вероятности. Если группировке это удастся, то остаётся неизвестным, как она будет финансировать свой монопольный теократический режим. Интересно, что «Талибан» улучшил свои связи с соседними странами, такими как Иран, Россия и некоторые государства Средней Азии, которые когда-то выступали против его режима в 1990-х годах.
«Талибан», вероятно, попытается найти региональную альтернативу помощи США и их союзников, а также предотвратить возрождение силы анти-талибского сопротивления - Северного альянса, который в противном случае получил бы финансовую и военную поддержку этих стран. Индия также открыла обратный канал для «Талибана».
Когда дело доходит до прав женщин, свободы прессы, выборов и других свобод, гарантированных конституцией 2004 года (по крайней мере, в письменной форме), талибы часто заявляют, что хотят «подлинной исламской системы», соответствующей афганским традициям, но совершенно неясно, что именно это означает и насколько это будет отличаться от стиля их предыдущего правления (1996-2001).
В своем заявлении движение «Талибан» недавно обещало, что предоставит женщинам условия для работы и образования, несмотря на его совершенно противоположные действия в конце 1990-х годов. Несмотря на этот очевидный сдвиг в риторике, талибы, похоже, по-прежнему нацелены на создание общества, основанного на своих строгих интерпретациях ислама, чего боятся молодые городские афганцы. Они обеспокоены тем, что из-за сегрегации по полу юноши и девушки больше не смогут учиться в одной школе или вместе работать, ходить обедать со своими друзьями противоположного пола или носить то, что хотят.
Военный захват власти талибами также может и не означать окончания войны в Афганистане. Мир и стабильность в многоэтнических и разнообразных обществах могут быть обеспечены только посредством сосуществования, консенсуса и интеграции, а не доминирования и политики с одной, к тому же сверхрадикальной группировки. Расходящиеся интересы стран региона могут способствовать росту недовольства местных жителей «Талибаном» (как это уже было в конце 1990-х годов), что, в свою очередь, приведет к увековечиванию кровопролитной и разрушительной войны.