Я схватил этого мужчину за руку и повёл за собой в хвост самолёта.

Я схватил этого мужчину за руку и повёл за собой в хвост самолёта.
- Мужчина, отпустите, - хмыкнул тихо он.
Но я не ответил, продолжил тащить его за собой. Когда мы оказались в дальнем коридоре, где никто обычно не проходит, то я остановился и снова посмотрел в лицо этого мужчины, потом снял с себя маску и предстал перед ним в обличии Лео Арктона. В это мгновение выражение его лица поменялось из растерянного в радостное.
- Ты жив!
- Это мои слова, вообще-то, - с сарказмом хмыкнул я, - Ты даже сходил на собственные похороны, это жутко, отец.
- Лео, ты понимаешь, - он тоже снял маску и улыбнулся, - Кейт просила меня присмотреть за тобой, а ты попал в неприятности. Я должен был быть поблизости.
- Спасибо, отец, - я приобнял Валериана и прошептал тихо, - На самолёте есть человек, скорее всего охотник. Он тоже Подражатель и у него есть твоя маска, потому что он выдал себя за моего отца.
- Понял.
Когда мы отступили друг от друга, то Валериана уже снова был каким-то незнакомым мне мужчиной, а я должен был вернуться в личность старика, что решил играть в этом самолёте.
- Где сидит этот мужчина?
- С16, моё место А16, я вышел в туалет, но до сих пор не вернулся.
- Кем ты был?
- Корнелий Шкловский, тебе дать его маску?
- Давай, ты всё равно рано или поздно должен вернуться на место, иначе он заподозрил что-то. Ты будь поблизости, сначала узнаем его цель.
- Когда мы выйдем из самолёта, то я должен стать американским советником, чтобы создать...
- Конфликт стран, - перебил меня он.
- Да. Все данные в папке.
- Хорошо, пока что действуем так, потом разберёмся. Иди присядь на свободное место недалеко от нас.
- Будь осторожен, отец.
- Конечно, Лео, - он потрепал мои волосы и я окончательно убедился, что это никто иной, как Валериан Арктон.
Только так отец называл меня, всегда по имени и никогда "сын" или "сынок". Всегда трепал меня за волосы, когда хотел подбодрить, всегда так тепло улыбался, когда чувствовал опасность. Мы только встретились, по-настоящему, но снова должны разойтись по разным местам. Я так боюсь его потерять. Снова. Я вернулся на то место, где сидел до того, как залезть в воспоминания Валериана, а отец в образе Корнелия вернулся на моё место.