В банальной комедии ужасов "Порочное веселье" начинающий режиссер фильмов ужасов учится жизненным урокам, спасая свою жизнь от шайки тупых серийных убийц.
Незадачливый “журналист ужасов” Джоэл (Эван Марш) думает, что он достаточно умен, потому что распознает клише фильмов ужасов: он просматривает список жалоб во время интервью с отстраненным режиссером ужасов (который быстро исчезает после этой вступительной сцены). Но кинофилия Джоэла не очень помогает ему после того, как он натыкается на группу самопомощи для убийц, хотя они почти исключительно определяются общими тропами фильмов ужасов.
Кэрри не только помогает Джоэлу избежать неминуемой смерти; она также учит его ценности согласия. Что, по-видимому, важно, поскольку следующей целью Боба является Сара (Алекса Роуз Стил), привлекательная, но незаинтересованная соседка Джоэла по комнате. Кэрри тоже не очень хороший персонаж; она спасает Джоэла, а также указывает на все способы, которыми он явно не в своей стихии. Если вам нравится смотреть, как рыбу, запертую в бочке, достают из пневматического пистолета, вам обязательно понравится "Порочное веселье"."
"Порочное веселье" вызывает такое бойкое увольнение, поскольку большая часть фильма убеждает зрителей в том, что его создатели также пристрастились к шаблонным фильмам-слэшерам, над которыми они как бы издеваются. Но знать клише фильмов ужасов-это не то же самое, что критиковать (или вдумчиво комментировать) их. В качестве доказательства смотрите "Порочное веселье", сатиру ужасов, скрытый сексизм которой гораздо более неудачен, учитывая, что Кэрри в более поздней сцене предупреждает Джоэла, что он не может понравиться Саре: "Вы не можете заставить человека что-то чувствовать или обмануть его, чтобы он любил вас. Ты не имеешь на это права." Это послание, к которому стремятся создатели мягкой обуви "Порочное веселье", но никогда по-настоящему не вникали.
Остальная часть фильма вращается вокруг графического, но в остальном неподвижного убийства, когда Джоэл пытается убежать от Боба и других тупых антагонистов. Вам никогда не нужно задаваться вопросом, что мотивирует таких убийц, как ниндзя-убийца Хидео (Шон Бек) или разъяренный гигант Майк (Роберт Майлет), потому что они, очевидно, такие, как они выглядят, и в основном определяются бурным, позерским диалогом, который заставил бы покраснеть большинство профессиональных борцов. Хидео хвастается тем, как он прятался “16 часов подряд, ожидая своей цели, в то время как я замедлил сердцебиение почти до нуля”. Затем он спрашивает: “Вы когда-нибудь кусали почку?” Майк бросает, сравнивая себя с акулой: “Я просто хочу охотиться, жить чистым инстинктом”.
Если бы сценарист Джеймс Вильнев и режиссер Коди Каллахан (у которого также есть заслуга в рассказе) продвинулись немного дальше, роль Кэрри в роли просвещенного приятеля Джоэла-убийцы леди могла бы быть более впечатляющей—или оскорбительной. Как ретроградные, но по сути беззубые угрозы Боба: в следующий раз, когда он увидит Сару, он заставит ее пойти “до конца”!
Или как насчет Хидео, который облизывает один из двух кухонных ножей, прежде чем бросить их? Такие датированные углеродом, но старательно безобидные монстры раскрываются, но не так, как они должны быть. Поэтому, хотя создатели “Порочного веселья” хотят, чтобы вы присудили им очки за легкость, но и за то, что они достаточно серьезны, их злодеи (и, следовательно, их самые большие идеи) просто недостаточно грубы и/или достаточно хороши, чтобы быть запоминающимися.