Найти в Дзене
Уголок зануды

Всё уже выбрано до нас

Через пару месяцев в Москве будут выборы в городскую Думу. И уже стартовала в столице предвыборная кампания. За последнюю неделю мне юные агитаторы встретились уже раз пять. И «юные» — это не фигура речи, это реальное определение: подписи собирают студенты, причём, похоже, только закончившие первый курс и решившие чуток подзаработать на каникулах. Сказать, что студенты-агитаторы шибко в теме, я не могу. Пара простейших вопросов о кандидате обычно загоняет их в тупик. Нет, имя-то они выучивают на зубок, да и с десяток слов о предвыборной программе сказать могут, но вот что касается хоть каких-то подробностей о том, что именно собирается делать продвигаемый ими кандидат и уж тем более как он намеревается к заявленным целям идти — это для них тёмный лес. Вот на днях у меня такой диалог состоялся с прытким парнишкой в белом халате и синей папочкой в руках (агитирует за врача-онколога, решившего помогать людям и в качестве депутата). А (агитатор): «Знаете нашего кандидата?» Я: «Нет, но рас

Через пару месяцев в Москве будут выборы в городскую Думу. И уже стартовала в столице предвыборная кампания. За последнюю неделю мне юные агитаторы встретились уже раз пять. И «юные» — это не фигура речи, это реальное определение: подписи собирают студенты, причём, похоже, только закончившие первый курс и решившие чуток подзаработать на каникулах.

Сказать, что студенты-агитаторы шибко в теме, я не могу.

Пара простейших вопросов о кандидате обычно загоняет их в тупик. Нет, имя-то они выучивают на зубок, да и с десяток слов о предвыборной программе сказать могут, но вот что касается хоть каких-то подробностей о том, что именно собирается делать продвигаемый ими кандидат и уж тем более как он намеревается к заявленным целям идти — это для них тёмный лес.

Вот на днях у меня такой диалог состоялся с прытким парнишкой в белом халате и синей папочкой в руках (агитирует за врача-онколога, решившего помогать людям и в качестве депутата).

А (агитатор): «Знаете нашего кандидата?»

Я: «Нет, но расклеенные по району плакаты с ужасным фотошопом видела».

А: «Да, фотошоп ужасный. Но Вы же будете за него голосовать?»

Я: «Нет, с какой стати? Я его не знаю».

А (возмущённо-недоумённо): «Но это же врач-онколог! Он людей лечит!!!»

Я: «Ну так пусть лечит. В Думу-то ему зачем?».

А: «Он хочет добиться увеличения финансирования медицины».

Я: «Каким образом?»

А: «Вот листовка. Возьмите и почитайте».

Беру листовку и медленно отчаливаю.

А: «А подпись поставить?».

Я: «Вот изучу, что тут написано, и подпишу, возможно».

Агитатор явно недоволен, но вынужден оставить меня в покое.

Нет бы хоть в двух словах рассказать, что и как. Но, видать, или ему это не особо надо, либо просто не знает, что говорить.

Вчера другой случай. Две девчушки собирают подписи за кандидата, в молодости бывшего сподвижником Ельцина и довольно-таки заметным политиком, несмотря на молодой возраст. Я вот отлично его помню по нулевым, он везде мелькал по поводу и без, хотя большой любви народа так и не снискал.

Завидев плакат, сразу говорю студенточке, двинувшейся в мою сторону, что поддерживать этого персонажа не собираюсь. На что она умоляюще так заявлет:

«Ну поставьте подпись, пожалуйста. Нам это за практику зачтут и заплатят».

Логика такова, что я свои принципы и подпись должна продать за то, чтобы посторонней девчушке заплатили? И опять же — хоть бы что сказала про кандидата-то, мол, и тем он хорош, и этим, и вообще радеет за граждан. Но нет, сразу в ход идёт аргумент, что ей заплатят.

И сегодня в том же духе история. Очередной юноша с деловым видом просит разместить автограф в списке за какого-то кандидата. Снова сообщаю, что знать не знаю, ведать не ведаю, что за народный герой такой просит мою подпись. Получаю новую красочную листовку и аргумент:

«Подпишите, пожалуйста, а то мне стипендию не заплатят».

Вопрос, конечно, риторический, но почему выборы в Мосгордуму как-то слишком уж связаны с деньгами? Ну и да, есть большие подозрения, что несмотря на эту видимую суету, уже всех выбрали до нас.