Те, кто читает мой блог с самого начала, уже в курсе дела, что я пытаюсь развиваться вместе с развитием клиники, в которой работаю. Мне бы очень хотелось, чтобы она стала современной и инновационной, куда стремились бы попасть пациенты, воодушевленные «сарафанным радио» об успешном и своевременном лечении. Но, движения в этом направлении не наблюдалось. Возможно, оно и было, только очень медленное, практически незаметное глазу. Я далёк от мыслей, что в этом виноват главный врач. Безусловно, он, как руководитель, несёт ответственность за происходящее в клинике. Однако, я прекрасно понимаю, насколько у него связаны руки законодательством с одной стороны, и сложными процессами взаимодействия с вышестоящими руководителями всех уровней, с другой стороны. Это понимание оправдывает действия главного врача однако не оправдывает моё бездействие по движению в ту сторону жизни, которая меня интересует.
Прошло три месяца. По работе ничего не изменилось и желание быть свитером не исчезло. Мысли о связанных руках главного врача получили подтверждение. Позвонила его секретарь и предложила зайти к нему. Когда я спросил, насколько это срочно, она ответила, что когда будет время.
Через несколько дней, выбрав момент, чтобы у меня не было пациентов и чтобы главный врач был на месте, я пошел поговорить.
— Добрый день!
— Присаживайтесь. У меня был к вам такой разговор. Я вижу что ваш потенциал используется в нашей клинике не полностью. Предлагаю вам подготовить какой-то кратенький обзор: что бы вы хотели, чем заниматься, что изменить, и мы тогда рассмотрим его и подумаем, что можно сделать.
Сказать, что я был удивлён — ничего не сказать. После предыдущего не очень положительного опыта продвижения своих идей это было какое-то чудо. Не теряя времени, за несколько дней, поразмышляв, я подготовил предложения.
На первом месте был HIFU рака простаты: тема интересная, но довольно затратная. Кроме того, я не сразу понял, что здесь это воплотить вряд ли дадут, так как это прямая конкуренция хирургии, а хирургия для онкоклиники святое.
На втором месте стоял антиэйджинг: мне он интересен в любом проявлении, позволяющем оказывать эти услуги. Я готов пройти курсы, обучение или работать в рамках имеющегося сертификата по онкологии.
Ещё я бы очень хотел стать заместителем директора по внедрению новых медицинских технологий: такой должности нет, но мне всегда хотелось выискивать всё новое и внедрять, чтобы были впереди как организация, где работаю, так и я лично.
Ни один из этих трёх пунктов не заинтересовал главного врача с тем, чтобы я чем-то из этого занимался.
Ещё я предлагал создание «Центра или Отделения предракового (или отделения prolongation of life) обслуживания». Там были бы консультации тех, кто хочет снизить риски заболеть раком или иметь рецидив. Были бы консультации по первичной профилактике (гигиена, химиопрофилактика, anti-aging) со стационаром в виде профилактория выходного дня. Были бы консультации по вторичной профилактике (раннее выявление предопухолевых состояний, начальных стадий онкозаболеваний и их лечение всеми возможными методами). И были бы консультации по третичной профилактике для уже онкопациентов — по предупреждению возникновения с ранним обнаружением и лечением рецидивов, а также с профилактикой связанных с болезнью осложнений и мероприятиями, направленными на уменьшение риска заболевания вторым первичным раком. Мы могли бы делать акцент на психологической поддержке, консультациях по поддерживающей терапии, диете и физической активности с организацией групп взаимоподдержки и совместных занятий. Также, был бы важен паллиативный аспект. Однако, это направление тоже не заинтересовало, хотя, с моей точки зрения, поскольку в нашем городе такого нет и не планируется, а потребность есть, было бы очень здорово. Ну, да ладно.
Ещё я попытался вернуться к теме компьютерной томографии, указав, что хотел бы стать врачом этой специальности, так как внутренне есть интерес в возможном увеличении доходов и удовлетворении желания докапываться до истины. Но, на эту тему разговор не сложился.
И тогда мне были сделаны два предложения, среди которых нужно было выбрать. Первое: взять на себя весь поток пациентов с заболеваниями молочных желез. Каждую пациентку нужно было бы тщательно осмотреть, проверить на аппарате узи, проанализировать данные маммографии, при необходимости сделать тонкоигольную аспирационную биопсию либо трепан биопсию, проконтролировать, рассказать, в чем нюансы её заболевания и отпустить домой или к маммологу полностью удовлетворённой.
Второе предложение заключалось в том, чтобы стать заведующим отделением паллиативной помощи. Паллиативная помощь — это помощь, оказываемая людям, которые уже не поддаются лечению и не имеют шансов на выздоровление, фактически, могут начинать готовиться к смерти, и при этом испытывают страдания, вызванные большей частью болью, с которой нужно будет бороться.
Вначале я заинтересовался первым предложением касательно молочных желез. Но немного подумав, решил, что это не то, чего хочу. Конечно, теоретически эта должность довольно интересна и, вероятно, будут приходить благодарные пациенты в каком-то количестве, но я хотел вообще уйти от узи. А так — время работы с ультразвуковым аппаратом, количество ультразвуковых исследований может только увеличиваться. Мне же хотелось дать отдых от нагрузок своему лучезапястному суставу правой руки, поскольку он начинает барахлить из-за постоянной нагрузки. При исследованиях мне все время нужно прижимать датчик узи к пациенту для более тесного контакта, чтобы максимально улучшить картинку на экране. Ещё и ультразвук, отражаясь от тела пациента, возвращаясь к узи-датчику, обязательно попадает на сустав, провоцируя его разрушение. Это неприятно.
Поэтому, я выбрал паллиативную медицину.
