Начало здесь
Предыдущая глава здесь
Потекли дни и ночи. Всё, что можно в доме и в пристройках я поправил вместе Олесем. А пару дней назад пошли с Олесем на охоту. Я в лесу подметил семейство диких свиней. Надо было его навестить. Нужно было мясо. А то рыба, да разные плоды растений и деревьев надоели. Да и брату с сестрой не помешало бы. Заметил я, что мясное они редко едят. Если только дичь, которую Олесь подстрелит из своего лука. Семейство нашли быстро. Они желудями лакомились. Накинул тетиву на свой хазарский лук. Стрела, с широким плоским наконечником вошла в свинью как нож в масло. Визг. Свиньи рванули в сторону, но через несколько шагов мать семейства упала. За это время я успел подстрелить полосатого поросёнка. Отлично, теперь мясо у нас будет! И в этот момент показался секач. Папа семейства. Я видел, как побледнел Олесь. Ага, значит с ним он встречался и чудом сумел избежать гибели.
Он остановился в шагах пятнадцати от нас. Здоровый, в холке достигал мне выше пояса. Покрытый щетиной. Маленькие глаза налились кровью и горели красным. Клыки как кинжалы.
Я отбросил лук. Здесь и сейчас он не поможет.
- Олесь, лезь на дерево! Быстро. – Сказал ему, продолжая смотреть на секача. Выхватил из петли на спине свою секиру. В этот момент он бросился на меня. Он даже не бежал, а летел, стремительно как стрела. Я перехватил секиру двумя руками. Поднял её, приготовившись к удару. Ноги расставил шире. Глядя на своего врага, закричал боевой клич. У меня был только один удар. Это как в бою. Один удар, один взмах. Это разделяет жизнь и смерть, тонкой линией. Очень тонкой, но линия эта словно огненная нить.
Он уже рядом, смазанное движение… Широкое стальное лезвие секиры врубается в голову секача…
- Кхааа- Вырвалось у меня, и в этот момент рукоять секиры вырвалась у меня из рук. Дальше удар и я лечу, перевернувшись через голову. Больно… Врезался в густой молодой ельник, ломая его… Небо опрокинулось, всё смешалось в каком-то хороводе красок… Визг смертельно раненного врага…
Когда пришёл в себя, понял, что лежу на спине и на мои ноги навалилось что-то очень тяжёлое. Это был тот секач. Я ему раскроил голову. Но при этом он сумел до меня добраться, ударил и отбросил от себя вперёд. Пробежал ещё и затих, навалившись на мои ноги. Я чуть его сдвинул в сторону и сел. Смотрел на эту гору мяса и мышц.
- Олечич! – Ко мне подбежал Олесь. – Олечич!!! Вот это да!!! Ты его с одного удара убил. Научи меня, тек же убивать с одного удара, прошу!
- Помолчи. Лучше подумай о том, как всё это потащим домой, Жданке???!!!
- Я не знаю. – Парень обескураженно смотрел на меня. Я, наконец, встал на ноги. Меня качнуло.
- Не знает он!!! Волокушу готовь…
…Жданка полола грядки. Выщипывая сорняки, улыбалась, вспоминая Олелича. При думах о нём, в её душе разливалось тепло. Сладостное чувство в груди и ожидание чего-то прекрасного. Её лицо начинало гореть лесным пожаром, когда она вспоминала, как Олечич утром умывался, раздетый до пояса. Она любовалась тайком его телом. Красивое. Налитое силой. Перевитое жгутами мышц и мускул. И ещё покрытое шрамами. Всё верно, он же воин, гридень княжий. Он почти всю свою жизнь провёл в схватках и походах. С копья вскормленный, с шелома вспоенный. Волк. Она закрывала глаза и застывала, представляя… Матушка с батюшкой!!! Макошь-мать… Предки родовые… Стыдно, но как же сладко. Прижаться к нему и почувствовать руки его сильные на своём теле. Губы его на устах своих, на груди своей…
Жданка тряхнула головой, пытаясь отогнать мысли запретные. Она поднялась на ноги и прошла в дом. Скоро мужчины её придут. Кормить их надо. Глиняной горшок на печке исходил паром. Жданка порезала зелень, закинула её в горшок. Услышала, как половица скрипнула под чьими-то ногами. Резко развернулась. Любим!!!!
- Что тебе надо? И почему ты зашёл в дом мой?
- А ты не знаешь, что мне надо? И мне не надо спрашивать твоего разрешения, чтобы зайти в эту халупу. Здесь всё наше. Нашего рода. А ты со своим Олесем живёшь тут из милости ношей.
Любим двинулся к ней. Она стала отходить.
- Куда ты, Жданочка? – Близко посаженные глаза парня смотрели на неё маслянистым взглядом. Он облизнул губы. – Я пришёл за своим. Ты всё равно будешь моей!
- Уйди по-хорошему, Любим.
- А если не уйду? На кого надеешься, Жданка? На этого Олечича? Забудь. Он не княжий гридень! Власть в Новагороде сменилась. Там уже другой кнгязь. Потому он тебе не защитник.
Любим подходил к ней всё ближе и ближе. Жданка упёрлась спиной в стенку.
- Не трогай меня, Любим. Прошу тебя. Уходи.
- Нет. Ты моя. Ты будешь моей. – Он кинулся на девушку. Схватил её и потащил на лежак. Она отбивалась, укусила его. Любим взвыл и ударил её по лицу. Жданка почувствовала солоноватый вкус на губах. Любим бросил её на полати так, что из неё дух выбило. Она лежала и хватала ртом воздух. Любим разорвал на неё платье. Навалился. Стал слюнявить её своим ртом.
- Уйди! – закричала она, что есть сил. Отталкивала его. Но Любим был слишком тяжёлым. Она билась в рыданиях. – Уйди, уйди, постылый!
- Заткнись. Я же сказал, что ты будешь моей. – Хрипел возбуждённо он, развязывая на своих портках тесёмки. – Скинул свои порты. Стал пытаться раздвинуть ноги Жданки. Ему почти удалось, как над его ухом раздалось рычание. И его обдало горячим дыханием животного. Любим замер. Медленно повернул голову и тут же взглядом напоролся на звериный оскал. С клыков здоровенного пса капала слюна. Любим вздрогнул. Его возбуждённое естество стало быстро опадать. И в этот момент он увидел проклятого Олечича, которого ненавидел всей своей душой. Но вся ненависть испарилась, стоило ему взглянуть в ярко-зелёные глаза гридня. Только они на этот раз были не яркими, а потемнели. Пальцы воя схватили парня за горло железной хваткой. Любим захрипел и забился в конвульсиях. Он даже не заметил, как его оторвали от вожделенного тела девы. Со всего маху Олечич, вдавил его в стенку дома. Удерживая правой рукой Любима за горло, в левой его руке, сверкнул холодным металлом боевой нож.
- Ну ты, тать шатучий, мне тебе как - просто брюхо вспороть или для начала твой уд отрезать? Отвечай!
Но Любим от страха и от недостатка воздуха ничего внятного сказать не мог. Он хрипел. На его синеющих губах пузырились слюни, а из носа сопли. А потом по его ногам побежало струйками на пол вонючая жидкость. Любим опорожнил свой мочевой пузырь.
- Мразь! – Презрительно сплюнул гридень и выбросил его из дома. Его портами вытер лужу на полу в доме, потом вышел на крыльцо. Рядом, на земле лежал Любим, пытаясь вдохнуть. Олечич подошёл к нему и стал запихивать мокрые порты ему в рот.
- Оставь моего сына! – Раздался крик. К дому Жданки и Олеся бежали мужчины печища. В их руках были дубины и копья. Олечич оскалился, как волк. Выхватил из-за спины секиру. Его глаза засветились в предвкушении схватки. И он был абсолютно уверен, что выйдет из неё победителем. Кто такие эти смерды? Лесовики со своими деревяшками. А он воин. Он словно волк против стада свиней. Рядом с хозяином встал боевой пёс.
И в этот момент раздался крик.
- Нурманы! Нурманы идут!
К ним бежал парнишка. Он причалил на лодке-долблёнке к берегу и рванул к мужчинам.
- Какие нурманы? – Спросил его Божен.
- Там, - махнул отрок, - две большие лодии идут с чудищами на носу!
- Какие паруса у них? – Спросил Олечич у отрока. – Полосатые или нет?
- Полосатые.
- Это даны! – Олечич посмотрел на Божена. – Бегите. Берите женок своих и детей, и бегите в лес. Даже не думайте защищаться. Все погибнете. Вас всех убьют. Девок да жёнок похватают и продадут. А кого из вас живьём возьмут, либо замучают, либо трелями сделают.
- Какими трелями?
- Рабами! Бегом в лес! – Последнюю фразу Олечич прокричал.
Когда лесовики убежали к своим домам, он посмотрел на Олеся.
- Олесь, бери сестру, козу и в лес. Быстрее.
- Я с тобой!
- Я сказал, берёшь сестру с козой или одну сестру и в лес. Не перечь мне, отрок!..
Спасибо, что дочитали!
Продолжение здесь
Дорогие друзья, мои читатели! Если вам нравится то, что я пишу, вы можете поддержать меня, но только по вашему желанию и ни как иначе. По номеру телефона 89645404033 на карту клиента сбербанка. Последние четыре цифры карты ...3419. Спасибо огромное всем, кто уже откликнулся. Спасибо!