Он тонул, тонул неминуемо, ведь он был один, помочь ему было некому. Его топили, как Муму, привязав камень к связанным ногам, было страшно, очень страшно. Опять этот сон, что он означает и почему он ему снится постоянно? Этого он не знал, но, главное, он не знал, кто он, не знал даже сколько он вот так странствует. По манере разговаривать, думать, вести себя с окружающими, он понимал, что он явно не преступник и не алкаш.
В памяти иногда всплывали отрывки жизни, даже из детства: он сидит на крылечке, а рядом большая черная собака, были и более взрослые воспоминания, где он видел себя в большом помещении, а рядом сидят молодые люди, перед ними вещающий с трибуны человек, наверное, он учился в ВУЗе. И последние воспоминания: он сидит с завязанными глазами в машине. Эти видения появлялись всё чаще, значит ли это, что память к нему возвращается? Возможно.
Он жил тем, что зарабатывал на пригородных дачах, нанимаясь копать или пропалывать. Изредка удавалось найти более серьезную работу: подсобным рабочим на строительстве. Он смотрел на свои руки: чуткие, изящные, с длинными пальцами, интересно, кому они могут принадлежать, пианисту? Так он не чувствовал тяги к музыке.
Сейчас он пойдет на рынок, где быть может заработает хоть что-то на разгрузке овощей. Ему повезло, он получил немного денег, да ещё и сетку картошки в придачу. Деньги сегодня он решил не тратить, обойдётся картошкой, а хлеб у него остался со вчерашнего дня. Он сидел в парке на скамейке, ждал темноты и думал, что он даже не художник, окружающая красота не впечатляла, даже багровый закат не вызывал никаких эмоций.
– Кто же я такой, бесчувственный болван? –Темнело, – пора домой,– подумал мужчина и направился на окраину города, где в заброшенном доме, найдя лазейку, он отсыпался ночами.
Он перелез через забор и аккуратно отодвинул металлический лист, чтобы он не гремел, и, почти не сгибаясь, нырнул в проем. Войдя в дом он почувствовал, что в доме кто-то был, а может быть и сейчас здесь прячется, он взял стоящий рядом металлический совок и двинулся вперёд, у стола стояла девушка, она тоже поняла, что не одна, и испуганно смотрела по сторонам.
– О, да она беременная, недели 24, наверное,– подумал он, и его удивило, почему он так решил.
– Может я врач? – думал мужчина, а вслух произнес, – не бойся я тебя не трону, всё хорошо, я сейчас расскажу о себе, а потом ты расскажешь, кто ты, только скажи сначала, какой у тебя срок.
– Врач сказал, что 25 неделя, – известила его девушка.
– Наверное, я врач, – обрадованно решил он, и начал рассказывать:
– К сожалению, я не знаю кто я, у меня амнезия, поэтому даже не могу сказать своего имени, но чувствую, что я уже на пороге открытия, кто я на самом деле, и ты мне в этом помогла. Как ты сюда попала?
– Открыла дверь ключом и зашла, – удивилась девушка.
– Значит ты здесь легально, а кто хозяин этого гостеприимного дома?. Николай Петрович, он дворник у Сердюковых, где я работала до сегодняшнего дня, но они решили, что мне пора увольняться.
– Ничего, проживем, ты не нервничай, тебе нельзя. А меня не бойся, как тебя зовут?
– Полина, – сказала она и добавила, – Осипова, а вас.
– Это я сам хочу знать, дорогая Полина, я себя совсем не помню, даже не помню сколько времени я себя не помню, вот так. А теперь рассказывай о себе.
– Мы с Мишей должны были пожениться еще зимой, потому что я забеременела, но он пропал, просто исчез, даже его родители ничего о нём так и не узнали, а я детдомовская, даже квартиру получить не успела только выпустилась. У Нас с Мишей все серьезно было, и с родителями я его подружилась, им сказали, что будут его искать, но я не верю, потому что там полиция была.
– Где там?
– Во время несчастного случая,в тот день он и пропал. Мы с Мишей гуляли и видели, как машина наехала на дяденьку, за рулем был какой-то пацан молодой, мы, как дураки, стояли и смотрели, а потом приехала еще одна машина и вышел здоровый толстый дядька, который отхлестал молодого по морде. И только после этого приехала полиция и пожала всем руки, а бедный мужчина так и лежал под колесами, мы спрятались, Миша сказал, что свидетели не нужны, лучше не показываться. Потом все уехали, и Миша пошёл посмотреть, что там с мужчиной, а они возьми да и вернись, мужчину бросили в багажник, а Мишу посадили в мвшину и увезли, я пыталась позвать на помощь, но но только молча открывала рот.
– Это тебя ангел-хранитель спас, а то и тебя бы забрали.
– И всё, больше Мишу я не видела, но это не в этом городе было, а в другом, тут неподалеку. Мне здесь должны были квартиру дать, но тянули-тянули, в результате сказали, чтобы я ждала, когда рожу, тогда и дадут. А мне жить-то надо было где-то, я и устроилась горничной, но не сказала, что беременная, а то бы не взяли. А вчера ночью мне приснился сон, будто идем мы с Мишей по какому-то дому, переходим из комнаты в комнату, а им, этим комнатам, и конца края нет, и вдруг мы друг друга потеряли, я ему кричу “Миша”, а мне издалека его голос отвечает “Пуся, Пуся, я здесь”.
– Как ты сказала?
– Мы потерялись.
– Да нет, как он тебя назвал?
– Пуся, ему так нравилось меня называть.
– А он у тебя, случайно, не программист?
– Да, он учится в университете на четвертом курсе, – она говорила, а он вспоминал Мишу, который теперь где-то страдал из-за него.
– Рассказывай теперь, какой он?
– Хороший.
– Глупая, ты про внешность рассказывай, про любые его слова, жесты, всё что вспомнишь.
–Он любил говорить “Любишь кататься, люби и саночки возить”, – ласково сказала она.
Мужчина сидел с закрытыми глазами и слушал, как Полина описывает своего жениха. И вдруг она неожиданно спросила:
– А про вторую макушку надо говорить?
Пазл сложился, ко всему тому, о чем она сказала ранее, добавился и этот, последний – он вспомнил, как он выстригал Мишины волосы на этих двух макушках и поливал перекисью водорода, обрабатывая рану, это было единственное лекарственное средство, найденное в комнате, в которой их заперли.
– Поля, а когда точно это всё случилось?
– 14 февраля, был день святого Валентина.
– Миша жив, нас вместе держали, а я тот самый мужчина, которого они сбили. Потом они посчитали, что я им не опасен, ведь я ничего не помню, и выгнали меня на мороз в этом городе, наверное думали, что я замерзну, но я попал в этот дом. Было конечно холодно, но все же не на улице.
– А Миша?
– Теперь не знаю, но он им хорошо помогал, они с компьютером обращаться не умели. Это всё что я знаю и помню, потому что память потерял после столкновения с машиной. А вот кто, пока не помню. Да, мы не не договорили, сон твой чем закончился?
– Я нашла его в комнате с ярким светом, он сидел он там сидел за компьютером.
– Понятно, ладно давай спать, с утра примемся за дела.
Утром он стоял перед домом этих самых Сердюковых, про которых рассказывала Полина, во дворе никого не было, он подошёл, прошел вдоль забора. Вдалеке кто-то поливал лужайку, он решил что тот сам к нему подойдет, когда поймет, что он не просто так стоит. Действительно, через некоторое время мужчина не спеша подошёл к забору.
– Чего ты в мою рубашку нарядился?
– Пожалел что ли? – хохотнул он и продолжил уже серьезно, – я у тебя нелегально с марта.
– А ты кто?
– Не знаю, у меня, Николай Петрович, амнезия, а за рубашку извините. Я прошу вашего разрешения остаться, думаю, что уже ненадолго. Полина помогла мне понять, что я – врач. А ее Миша мне знаком, но к сожалению, только в этой жизни, а не в прошлой. Будем его искать, но не в этом городе, а в своем.
– Оставайся, только ты Поле-то помогай.
– О ней не беспокойся. Я ведь вспомнил, что я врач, так что родим, как в роддоме.
Они расстались, он шел и думал:
– Значит сбил меня какой-то мажор, папаша решил его спасти, дал взятку полиции, а мы с Мишей оказались крайними.
Он хорошо представлял Мишу и те события, что проходили в доме, где их насильно держали. Значит причина амнезии – в той самой машине, Миша сказал, что то была Maserati, как и где это это могло произойти. Он шел все быстрее и быстрее, словно торопясь за своими мыслями. Февраль, мороз, дежурство. Лена. Кто такая Лена? “Ты медведь, Градов, не наступай мне на ногу.” Крыльцо. ”Глеб Петрович, вы перчатки забыли”… И машина несется прямо на него. Голова болела, ему было плохо, скорее домой. Хорошо, хоть в дверь.
– С вами все хорошо? – участливо спросила Полина.
– Как я дошел? Мне было так плохо. – И тут в голове у него все сложилось, – Полина , я Градов Глеб Петрович.