Каждый, кто проходил срочную службу в СССР, знает один непререкаемый и неизменный постулат - внешний облик солдата не терпит "вольностей". Ведь, чем больше "вольностей", тем больше может быть беспорядка. В частности, это касается растительности на лице: солдаты должны (молодые - обязаны) начисто бриться. Тех, кто недостаточно четко выполнял этот приказ, ожидали суровые "гигиенические" меры, которые одновременно являлись и воспитанием и наказанием.
Умывальник
В нашем пограничном ОИСБ специально оборудованные умывальники для солдат, находились вне казарм, или на их первых этажах. Все они были типовыми, небольшими, максимум на десять железных раковин с кранами холодной воды ( всегда это удивляло, трудно что ли провести горячую воду) и зеркалами над ними. Поэтому одномоментное прибывание кучи солдат утром в умывальнике создавало определенные трудности с бритьем. Первыми, как и положено по статусу умывались и брились деды с дембелями с максимальным комфортом, который можно было получить. Затем, по мере освобождения умывального пространства влетал наш молодой призыв вместе с фазанами-полугодичниками.
В очень стесненных условиях надо , очень быстро привести себя в порядок: почистить зубы, на ладонь выдавить немного крема для бритья, помазком взбить жиденькую пену, нанести ее на лицо, чисто его выбрить, и попросить товарища, еще, подровнять "окантовку" твоей, очень короткой стрижки на шее. После чего вытереть насухо лицо вафельным полотенцем и бежать в казарму.
В принципе, мы были, в этом плане здорово натренированы, еще на пограничном учебном пункте, но все равно случались огрехи. На утрений туалет было отведено пятнадцать минут, из них как минимум десять - мы ждали, когда умывальник покинут старослужащие. Из-за такого "расклада", некоторые молодые солдаты пытались хитрить, с ежеутренней процедурой бритья, попросту пропуская ее. В особенности этим "грешили" те, у кого щетинка была жиденькой, очень светленькой и росла неравномерно.
Казус Яковлева
На Балаклаве, куда я попал после "учебки", в 4-й взвод 1-й ИСР, в соседнем 1-м отделении под командованием младшего сержанта Коханова (он же замкомвзода), служил Яковлев (Яшка),солдат моего призыва. Веселый, разбитной, перемежавший наше тяжелое духовское существование разного рода шутками-прибаутками. Такой рубаха-парень, легко находивший в силу своего веселого характера, общий язык как со своим призывом так и с грозными дедами. Вот, он -то, достаточно часто и попадался своему командиру отделения на утреннем осмотре, плохо выбритым или, что еще хуже не бритым. Обычно младший сержант, проводил по подбородку своих подчиненных рукой, и "о боже", его пальцы нащупывали неудаленную щетину именно у рядового Яковлева. После чего Яшке пробивался "грудак", и он захватив бритвенные принадлежности, что есть силы мчался на первый этаж в умывальник бриться. А молодые солдаты взвода, приняв "упор лежа", все это время отжимались. Но любому терпению приходит конец, и попашийся в очередной раз со своей щетиной Яшка, был приговорен к процедуре "бритья" вафельным полотенцем.
Впервые, мы о такой "процедуре", как "бритье" вафельным полотенцем услышали на "учебке" от своих сержантов. Нас достаточно часто стращали этим "действием". - Это мы тут с вами, маменькиными сынками нянчимся. Разъедитесь служить по "точкам", вот там, кого-нибудь из вас, точно "побреют". Так, что учитесь бриться быстро и чисто,- говорили нам сержанты. Время показало, что они были правы.
Этой же ночью, мы вскочили по команде "Духи подьем!" Привычно выстраиваемся в шеренгу друг на против друга. Посередине стоит табурет на котором лежит новехонькое, всем, нам знакомое, белое вафельное полотенце.
Коханыч, пройдясь вдоль шеренг, и пристально вглядываясь в лица молодых солдат, наконец изрекает: - Яшка, вышел на середину. Яковлев выходит, его худощавое лицо бледней обычного. Кажется, он понял, что шутки закончились.-Духи, у вас полный расслобон и забитие на воинскую дисциплину. Значит, будем вас лечить,- с этим словами сержант схватив Яшку за шею, и сделав подножку поставил его на колени перед табуретом. Верный помощник замкомвзвода, ефрейтор Ершов, брючным брезентовым ремнем вставленным в рот Яшке словно удило лошади, задирает и прочно фиксирует его голову. Коханыч, берет вафельное полотенце, раскладывает его пополам, и затем методично начинает тереть у Яшки под носом, подбородок, щеки и скулы. Во время "бритья" из Яшкиного "взнуздонного" рта вырываются нечленораздельные звуки. Минут, через пять-семь, кажется, все закончено. Яшку поднимают с колен, и он с полотенцем в руке, обходит наши шереги. Его как будто обоженное, с ярко-розововыми следами в местах "бритья" лицо, проплывает перед нашими глазами.
Коханыч подводит итог: -Если, еще раз, душары, кто-нибудь попадется со щетиной, забреем всех! Ясно! -Так точно, ясно, товарищ младший сержант,- четко и дружно отвечаем мы. Теперь, сорок пять секунд отбой, время пошло,- рявкнул Коханыч, и наш призыв словно сайгаки "поскакали" к своим кроватям. На следующее утро лицо у Яшки распухло. Пришлось ему идти в мореманскую медсанчасть. Там, заморачиваться распроссами не стали, а густои намазали ему лицо мазью Вишневского, и рекомедовали на несколько дней освобождение от службы. Наши офицеры, пытались "раскрутить" Яшку о происшедшем с ним, но парень молчал как рыба. Экзема и все.
Учитывая его художественные таланты, и чтобы время зря не пропадало, Яшке поручили рисовать плакаты наглядной агитации для объекта, а затем и вовсе сделали официальным "художником". Закончил ШСС. Был командиром отделения. Но сам, со своими подчиненными, такое "бритье". насколько, мне помнится, не практиковал. Как говорится: не было бы счастья, да несчастье помогло!
В оформлении использованы фотографии с сайтов: livemaster.ru, zen.yandex.ru, pogranichnik.ru, из личной коллекции автора
Уважаемые читатели! Ставьте лайки, подписывайтесь на канал и делитесь своими воспоминаниями!