Посмертные маски — одни из самых загадочных ритуальных атрибутов. В России с середины XVIII века их изготавливали лишь для очень известных людей — от Александра Пушкина до Владимира Высоцкого. Сегодня заказать изготовление посмертной маски усопшего может любой желающий, правда, есть одна загвоздка: пересчитать тех, кто оказывает такие услуги в Москве и Подмосковье, можно по пальцам одной руки. Мне удалось встретиться с одним из таких уникальных мастеров и выяснить все секреты его древнего и таинственного ремесла.
В гости к покойникам
— В ритуальной сфере я работаю полжизни — 26 лет, — говорит мой собеседник Алексей Аносов. — Начинал как выездной бальзамировщик с медицинским образованием: готовил к погребению усопших. Ведь еще в начале 90-х годов всех, кто умирал не в больнице, оставляли дома. Исключения делались лишь при наличии так называемых социальных показаний — к примеру, если усопший находился в коммунальной квартире.
В то время на всю Москву было лишь одно трупохранилище — в Митине, куда можно было по желанию родственников покойных из ближайших районов отправлять тела на сохранение. А раз покойники после смерти оставались дома, там их и готовили к погребению, а потом везли сразу на кладбище. Потом трупохранилищ стало больше, а несколько лет назад столичные власти выпустили приказ, по которому врачи поликлиник лишились права выдавать справки о смерти.
Сегодня получить их можно только в моргах — и покойников везут туда в обязательном порядке. Везти потом тело домой смысла не имеет — слишком хлопотно, а потому похороны из дома в Москве фактически прекратились. С ними ушла в прошлое и моя профессия выездного бальзамировщика, и я стал работать в Подмосковье. Здесь из дома хоронят где-то 20–25% усопших.
— Как вы пришли к посмертным маскам?
— Мне нужно было изыскивать дополнительные источники дохода — так все и получилось. А то, что я работаю на дому, давало мне некий простор для творчества: ведь там нет строгих рамок. Так мне и пришла в голову идея об изготовлении посмертных масок. Я изучал эту «тему» по книгам и в Интернете, искал людей, которые могут что-то подсказать.
Все они теоретики изготовления масок, в основном скульпторы из художественных мастерских. Лишь один из них согласился отправиться вместе со мной к покойнику и показать, как, по его мнению, нужно делать правильные слепки.
Но попросил он за это астрономические 100 тысяч рублей, и я отказался; в итоге всю технологию освоил сам. Сегодня в Москве и области только я и еще один скульптор в ритуальной компании занимаемся посмертными масками. Мои услуги предлагают знакомые ритуальные агенты, и, если находятся клиенты — я выезжаю к ним.
— А зачем они вообще нужны? Как люди их используют на практике?
— Посмертная маска, как мне кажется, — это форма глубочайшего почтения и уважения к покойному. Она становится семейной реликвией и передается из поколения в поколение. Обычно ее держат в ячейке колумбария — там, где урна с прахом. Если же усопшего хоронили в гробу, то маску держат дома и выставляют в дни его поминовения, рождения и смерти.
— А не слишком ли это жутко? Ведь маска — это копия лица умершего человека, а на нем вполне могут быть следы предсмертных мук...
— Вы не совсем правы. Вспомните посмертную маску Пушкина: поэт умирал очень тяжело, это известный факт. Но его лицо, отображенное в маске, выглядит спокойным и умиротворенным. Считается же, что первые 3–4 часа после смерти душа человека не отходит от тела, и, кто знает, может, она как бы отображается в лице покойного. Но даже если на нем застыла ужасная гримаса, это всегда можно исправить при помощи бальзамирования.
«Натянутая улыбка» — не всегда метафора
— Через несколько часов после смерти человека в его организме начинается процесс аутолиза, — рассказывает Алексей Аносов, — это саморазрушение, или самопереваривание тканей. Бальзамирование нужно для того, чтобы, с одной стороны, остановить аутолиз, а с другой — придать трупу достойный и благородный вид.
— А что будет, если не бальзамировать труп?
— Объясню так: все мы ходим в туалет, но мертвый человек не может это делать. А процессы брожения даже в теле усопшего продолжают идти. И в какой-то момент накопившиеся в теле массы органики начнут выходить наружу (на сленге ритуальщиков это называется «тело потекло»).
Представили себе зрелище? Кстати, такое порой происходит, когда санитары морга бальзамируют покойника «на скорую руку».
По-хорошему на эту процедуру нужно от 45 минут до 1,5 часа, но в условиях вечно загруженных моргов санитарам порой приходится укладываться в полчаса. Итог спешки — где-нибудь на отпевании в церкви тело может «потечь», шокировав и без того убитых горем родственников.
— И как проходит процесс бальзамирования?
— В бедренную артерию вводится до 5 литров специального раствора на основе формальдегида — он останавливает процесс аутолиза в теле. Если бальзамирование происходит в морге, где труп уже вскрыт и нарушена артериальная система, то аутолиз останавливают двумя-тремя инъекциями в сонную артерию. Правда, иногда санитары в моргах делают это другим способом — уколами прямо в лицо. Это плохо: лицо может пойти буграми и деформироваться.
— Возвращаясь к посмертным маскам… вы говорите, что с помощью бальзамирования можно придать лицу покойного любое выражение?
— Все верно. Дело в том, что примерно у 30% усопших после смерти открыт рот, и если оставить его в таком положении, то через несколько часов, с наступлением трупного окоченения, закрыть его, а при необходимости и вставить зубные протезы, будет крайне проблематично.
Выход из ситуации — аккуратно зашить рот после смерти. А заодно можно придать ему нужное выражение — грустное или веселое.
Некоторые родственники решают вопрос иначе: просто подвязывают нижнюю челюсть, чтобы рот не открывался. Но это плохо — лицо может деформироваться.
— Значит, само создание посмертной маски — это следующий этап после бальзамирования?
— Да, к нему я приступаю уже тогда, когда бальзамирование лица закончено и у него появилось нужное выражение. Вначале делается слепок с лица — он называется негатив. Скульпторы делают слепки гипсом, но он слишком груб для моего ремесла.
Я использую альгинат — жидкую резину. Им делают зубные слепки. Вначале на кожу усопшего наносится вазелин; потом альгинат в порошке разводится с водой, и у меня остается всего несколько минут для того, чтобы нанести его на лицо (потом раствор просто высыхает).
Толщина альгината — 1,5–2 см, он сохнет почти моментально. Сверху я накладываю гипсовый бинт, и после этого негатив можно снимать. Это первый этап создания посмертной маски.
Продолжение следует.
Если статья вам понравилась, ставьте лайк, подписывайтесь на мой канал, чтобы не пропустить следующие материалы. Спасибо, что дочитали эту статью до конца!
#посмертные маски #ритуальные услуги #похороны