Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

СтендАп Кирилл Палыча о тридцатилетних. Часть первая.

Многие стендаперы говорят, что для них стендАп – своеобразная психотерапия и рефлексия. Вот и мне я думаю уже давно пора «исповедоваться», чтобы не превратить частные неприятности в системный колапс… Вы знаете… Я ведь, на самом деле, достаточно долго живу. Больше полвека. Жизнь моя не была простой, хотя и грех жаловаться. Но, множественные преодоления приучили меня быть спокойным и упрямым. Не просто так, а, чтобы «порой от жизни получать радости скупые телеграммы». И это действительно работает так, как было обещано. Порой эти скупые телеграммы приходят, что добавляет спокойствия и упрямства. И все же у меня есть один пунктик. Когда я наталкиваюсь на него, а это случается достаточно часто, я теряю контроль и начинаю раздражаться. Слава Богу не доходит до истерики и эпилептических припадков. Хотя и тут никто стопроцентной гарантии дать не может. Я прямо весь исхожу гневом и яростью. Хочется просто рвать и метать… Что же это за пунктик, спросите вы у меня? Пожалуйста… Я поделюсь с вами с

Многие стендаперы говорят, что для них стендАп – своеобразная психотерапия и рефлексия. Вот и мне я думаю уже давно пора «исповедоваться», чтобы не превратить частные неприятности в системный колапс…

Вы знаете… Я ведь, на самом деле, достаточно долго живу. Больше полвека. Жизнь моя не была простой, хотя и грех жаловаться. Но, множественные преодоления приучили меня быть спокойным и упрямым. Не просто так, а, чтобы «порой от жизни получать радости скупые телеграммы». И это действительно работает так, как было обещано. Порой эти скупые телеграммы приходят, что добавляет спокойствия и упрямства. И все же у меня есть один пунктик. Когда я наталкиваюсь на него, а это случается достаточно часто, я теряю контроль и начинаю раздражаться. Слава Богу не доходит до истерики и эпилептических припадков. Хотя и тут никто стопроцентной гарантии дать не может. Я прямо весь исхожу гневом и яростью. Хочется просто рвать и метать…

Что же это за пунктик, спросите вы у меня? Пожалуйста… Я поделюсь с вами своею болью… Не жалко…

…Меня дико раздражают сегодняшние тридцатилетние! Да, да… Такие, как те, кто во множестве меня окружает на улице, встречаются мне по моим рабочим делам. Мало того, такие как те, кто сейчас меня читает. Нет… вы не подумайте. Не то, что я иду по городу, встретил более или менее похожего по возрасту пешехода и готов к его расчленению и надругательству над мертвым телом. Не так все запущено. Но, когда я начинаю с ними как-то контактировать… общаться… а не дай Бог работать… Вот тут меня накрывает… глаза кровью наливаются… а в голове молотком отбойным стучит один вопрос: «Откуда, б...ь, вас таких понабрали?» Где таких производят? Я бы узнал место финальной сборки, пожертвовал своей видавшей виды жизнью, обвешался бы с головы до ног тротилом и пошел в этот сборочный цех в день, когда рабочие собрались выйти в своем стахановском порыве на многократное перевыполнение плана по сборке, и от всего сердца и души кааааак!.. нажал бы на спусковую кнопку…

Чтобы БА-БАААААААААААХ!!! И чтобы эхо этого «ба-бааах» прокатилось по всей земле, и все мои ровесники (кому больше сорока пяти… хотя бы) прислушались бы к этому эху, перекрестились бы и удовлетворенные продолжили бы свою повседневную работу. А их обветренные губы, забывшие отраву поцелуев, прошепетывали слова: «Спасибо, Кирилл Палыч… Царствие небесное…»

Потому что… Ну как?.. Вот они сидят… небось за мониторами… где-нибудь в офисе или своей отдельной съемной квартире, многие еще не создавшие семьи, не родившие детей. И не очень к этому стремящиеся. Сидят и работают. Решают вопросы. Им не до чего. Они очень заняты. У них очень много дел и еще больше не решенных вопросов. А, кроме того, встречи. Встречи, встречи, встречи… Куча встреч каждый день. Так много, что они на каждую опаздывают не меньше, чем на час. У них вообще ни на что нет времени с таким графиком встреч, дел и нерешенных вопросов. При этом они могут уйму часов и минут отправить на тот свет, просто зависнув в социальной сети или протупив, просматривая очередной сериал. Они большие эксперты по сериалам, особенно заграничным. Я уж про компьютерные игры не говорю. И пусть весь мир подождет!

Потому что там в Фейсбуке или Телеграме у них не менее важные дела: разместить фото с собой на отдыхе, в модном ресторане… или лифте. Прочитать, а то и прокомментировать кучу разных друзей, обсудив с ними вопросы, о которых они забудут через две секунды, как сообщение исчезнет с экрана монитора. Повозмущаться по поводу того, что люди при государственной власти все делают не так. А под конец задать какой-нибудь идиотский вопрос своей аудитории, ответ на который им на хер не всрался. И после всего этого изнуряющего труда они вдруг слышат звонок телефона, недовольно смотрят на трубку, потому что «звонки на телефон, это прямое нарушение интимного пространства». Все что нужно, можно спросить по мессенджеру и ожидать ответа вместе с моментом, когда у того, кого спросили, «будет время ответить». А его не будет и не надейтесь, зная, какой у того плотный график дел, нерешенных вопросов, встреч, соц сетей, сериалов и компьютерных игр. Так что, скорее всего, трубка поднята не будет. Нет времени на болтовню!

Тридцать лет… Это такой забавный возраст. Уже десять лет назад ты закончил школу. Это треть твоей жизни. А две трети до этого ты срался в штаны, орал по ночам, спал после обеда в детском саду и гулял рядом с беседкой между занятиями по аппликации и лепке. Потом учился писать и читать. Чтобы потом читать и писать, только выполняя школьные задания. Стоял у доски, готовил рефераты, участвовал в школьных конкурсах. И прочая, и прочая и прочая… Ну, то есть две трети жизни хуи пинал и сиськи мял в учреждениях начального и среднего образования. Потом еще лет пять института. Там, конечно, не до полезных для общества дел. Там тусовка и борьба с институтскими преподавателями за «не отчисление» или, в крайнем случае, за «получение стипендии». И получается, что к тридцати годам нормальной взрослой жизнью с реальными делами и ответственностью за них, ты жил лет пять.

Но, как за эти пять лет надуваются щеки. Оооо! Вы послушайте, как эти тридцатилетние разговаривают с кем-нибудь по телефону. А вы не сможете этого не услышать, если такой тридцатилетний едет с вами в одном автобусе или вагоне метро. А даже и в соседней машине. В этот момент во всем мире есть только он и тот важный вопрос, который сейчас обсуждается по телефону. А какой тон разговора!? Если не слышать слов (хотя я уже сказал, что это невозможно), можно подумать, что человек пытается предотвратить развязывание третьей мировой войны или, в крайнем случае, руководит полетом первого человека в космос. А как эти щеки надуваются на рабочем месте…

И снова: оооо! Они, еще ни хера не понимающие в жизни, потому что еще не совершали каких бы то ни было мало-мальских преодолений. У них еще ребенок первый раз двойки не получал. И бабушки с дедушками, как правило, еще живы. Они не разорялись, не жили впроголодь, от них не уходила жена, с которой прожили лет двадцать. Самая большая неприятность на текущий день, это проигрыш «Барселоны» или мелкий штраф за систематическое опоздание на работу. Ну, может быть, еще кредит. Но, вы рассмотрели бы этих людей на их рабочих местах и в момент их рабочих коммуникациях… Это же эти люди придумали «Windows» и «Apple». Это они толпятся в топе «Forbes». Они обрушивают мировые биржи и инвестируют в «Северный поток2».

………………………………………………………………………….

Зато они уже умеют зарабатывать деньги, строить различные схемы, как я уже говорил, решать вопросы, тупить в соц сетях, смотреть сериалы, играть в «Танки». Одним словом, знают себе цену…

На сегодня все. Завтра еще пару слов скажу, чтоб «отпустило»…