Старая национальная мечта – найти кошелек с деньгами. У нас в стране многие так мечтают. Например, дети. Или молодежь. Такая фантазия развивается! И любители погулять – тоже мечтают. По барам и ресторанам пошастать. Да мало ли? На отдых и на ремонт, на разные вещи в квартиру. Или на дорогую одежду, например, шубу купить.
Женщина в шестьдесят пять лет. Только-только отметила день рождения, несмотря на небольшую пенсию. Пошла в магазин. Когда выходила, то в «тамбуре» этого магазина увидела кошелек. Между стеной и дверью.
Подобрала, и тут же быстро спрятала в сумку. Покрутила-повертела головой: не заметил ли кто? Но никто не видел. Потому что магазинчик маленький. В него ходит исключительно местная публика – за самым необходимым. В таких магазинах не гуляют.
Она рукой почувствовала, что в кошельке много денег. Быстро вышла, постояла для верности у входа. Подумала: если кто прибежит, то я, конечно, верну. Только спрошу про цвет и про размер. И отдам.
Постояла, подождала. И быстро пошла домой, несмотря на боль в колене. Внутренний голос ей говорил: шагай быстрее, не оглядывайся и не будь дурой.
Пришла, села на диван и открыла кошелек. Там была пачка пятитысячных купюр. Пересчитала – ровно двести тысяч. Голова поплыла от счастья. Тут же подумала, что поедет на Алтай – ванны пантовые принимать. Прикинула, что на курс хватит.
Или можно не на Алтай, а на море махнуть. Давно мечтала побывать – с молодости не была. Или еще вариант: не барствовать, а все деньги отдать дочери, которая платит за ипотеку. Если ей всю сумму подарить, то дочь получит хороший передых. Ей легче будет.
Еще раз достала всю пачку. Снова пересчитала, потому что иногда приятно деньги считать. Может, не иногда, всегда приятно считать, если есть мечта. И есть возможность.
Заметила во втором отделении клочок бумажки. Там номер телефона и написано: номер заказа такой-то.
Голова сразу перестала плыть – от счастья. Она остановилась и замерла. В душе что-то засвербело: вот оно! Указание на хозяина денег! Что делать? Что?
Отдашь, а вдруг потом себя за это корить будешь? Может, у того, кто потерял, деньги куры не клюют? И ему эти двести тысяч – тьфу?
Положила кошелек на подоконник, чтобы он на виду был. Пересела с дивана на стул. Посидит и на кошелек посмотрит. Решает, как быть. А решение не появляется.
Искушение очень большое. Его трудно описать словами. Но те, кто в своей жизни испытывал разные искушения, - поймут это состояние.
Через час внутри боль появилась. Подумала про себя, что она не нищенка какая-нибудь. И еще: может, это у кого-то последние. И на чужом горе свое благополучие не построишь.
Решительно набрала номер. Ответили. Она назвала номер заказа и спросила про заказчика. Оказывается, что готовится большой свадебный торт. И назвали некую Анну Петровну. И ее телефон.
Позвонила. Рассказала женскому голосу про кошелек. Там – на том конце – молчание. Затем быстрые слова. Эти деньги дали родители – своему сыну, который собрался жениться. Он должен был выкупить торт. И еще за что-то заплатить. Это перед свадьбой. Он взял старый материнский кошелек со всеми деньгами и положил в карман узких джинсовых шорт. Мать ему говорила, что так нельзя деньги носить. Но он рассмеялся и рукой махнул. И вот – пожалуйста.
Ей очень приятно было слышать слова благодарности. Искренние слова благодарности.
Затем к ней приехал парень. Отдала ему кошелек и сказала, что ей хочется надергать ему уши. А он смешно смущался. И виновато улыбался. Милый такой мальчик. Легкомысленный, как почти все молодые люди.
Ее пригласили на свадьбу. Сказали, что никакого подарка не надо – пусть просто приходит. Но она не пошла. Потому что свадьба - это шум и гам, музыка и суета. Лучше дома посидеть.
А что на душе? Не совсем понятно, что на душе. Сожаления – нет, самоукора – тоже нет. Ощущения неиспользованной возможности – нет. Конечно, она бы могла подумать, что паренек – молодой жених – сам виноват. Но такого не было. Она так не подумала.
Было тепло на душе, приятно на душе: не превратилась в мелкую и жадную особу, еще и лживую. Потому что себя обманывать тоже не полагается. И про этого мальчика почему-то думала так, как думают о сыновьях. Смешной такой. Виновато улыбался. Смешной.