У моей приятельницы Маринки был широкий круг общения, она легко с людьми сходилась, быстро находила общий язык и общение ей было не в тягость. Среди её старинных подруг была Саша, с которой они когда-то были не разлей вода, но последние лет десять не виделись и не созванивались. Встретились они случайно, не могли наговориться, взахлёб рассказывая каждая о своей жизни. Саша работала, выглядела счастливой и довольной, дочки уже подросли. Маринка с улыбкой заметила, что материнство далость ей легко, раз та решилась рожать дважды.
После этой фразы улыбка у Саши померкла, она на глазах как будто уменьшилась и рассказала моей Маринке свою историю, которая глубоко запала ей в сердце, которая вызывала у неё бурю эмоций. На момент рождения детей у Саши не стало её мамы, старшей дочке было четыре года, когда родилась малышка. Беременность была внеплановая, но младшей дочке были рады. Супруг Саши, чтобы всех прокормить, работал на двух работах, дома бывал редко и очень уставал.
На лето они всем семейством выехали на дачу к бабушке и та помогала Саше по мере сил. Стояла жара, младшая двухмесячная кроха постоянно орала и не спала нигде, кроме как на руках мамы, а старшая дочка постоянно требовала её внимания, капризничала, топала ногами и устраивала истерики. Детские выкрутасы доводили Сашу до исступления: она не спала ночью, от усталости её шатало, нервы были на пределе.
Через пару месяцев такой «весёлой» жизни, Саша стала думать о своём побеге. Ей хотелось сбежать от своих детей, не думать о них, не знать и не слышать своих детей. Как-то рано утром, подхватив рюкзак, она стояла на пороге бабушкиной дачи, взявшись за ручку, чтобы навсегда уйти из этой жизни, уйти от своих дочек. Чтобы уйти и больше не вернуться. Очнулась она от слов бабушки: «Саша, ты навсегда уходишь?».
Бабушка глядела на неё, ссутулившись, и казалось, что она постарела вдруг сразу на десять лет. И такая боль стояла в глазах бабушки, такая скорбь была у неё на лице, что Саша встала как вкопанная, не в силах пошевелиться. Потом со стоном она сняла рюкзак, швырнула его на пол и выскочила за дверь. С воем Саша кинулась прочь со двора. Она бежала и выла как раненая собака, содрогаясь всем телом, размазывая слёзы по щекам. Вернулась она, спустя два часа. Больше таких срывов не было у Саши, муж так и не узнал о её попытке сбежать, а бабушка никогда ни словом, ни взглядом её не упрекнула в этом.
Услышав эту историю, Маринка вскочила, бросилась к Саше обнимать и целовать, гладила её по голове и плакала. Она поняла её боль и её состояние, потому как сама была близка к этому. Придя домой, Маринка обняла своего сына и глядя ему в глаза сказала, что он для неё – самое дорогое, что она его любит и что роднее и ближе его для неё никого нет и не будет.
Когда мне Маринка рассказала Сашину историю, я тоже разревелась. Если женщина решается на такой поступок, это не значит, что она - кукушка или никчёмная мать. Совсем нет, просто она доведена до предела, просто её усталость запредельная. Не надо никого осуждать или порицать, у каждого свой предел сил и ресурсов. Мы, женщины, как птица Феникс, способны возрождаться из пепла вновь и вновь, но поддержка, вовремя оказанная, может удержать от непоправимого шага, о котором будешь жалеть всю жизнь.
Желаю всем крепкого здоровья и людей рядом, которые могут подставить своё плечо, когда невыносимо плохо.
Подписывайтесь на мой канал, скучно не будет!)