Нет, не легче. Когда-то я приводила аргументы, а сегодня просто покажу картины из своего прошлого.
Картина первая: я разваливаюсь на куски.
И страшно горжусь тем, что питаюсь ПРАВИЛЬНО. В медиа уже начало просачиваться, что диеты не так безобидны, но я еще верю в святое пп.
"Сегодня готовила гречку с курицей на обед, на полдник — кефир, на ужин — тертую морковку с маслом. Сладкое не ем, на пиццу с девчонками не пошла, и ничего не сложно держаться, все супер!," — говорю я в трубку . А потом откладываю телефон и плачу в подушку. Потому что мне плохо. Сил нет, от каждой мелочи хочется разораться, устаю ужасно. Зато неделю не ем сладкое и "вредное", порции как для кузнечика. Мне не хватает топлива. Но надо держаться, я ведь не хочу быть жирной и больной! Так что я про спорт не забываю.
И старательно игнорирую тот факт, что до диеты "больная" я спокойно гуляла, танцевала и выполняла свои повседневные дела. А вот "здоровая" почему-то обессиленная лежит на кровати и смотрит в потолок, устав после после мытья тарелки из под морковки.
Картина вторая: я боюсь еды.
Дрожащей рукой пишу в дневник питания "+еще пару ложек фасолевого супа" и чуть не плачу. Ну куда ты столько обожралась, корова? А вдруг оно уже завтра вылезет на боках? Не хочу! Мне стыдно, стыдно, очень стыдно.
Каждый раз меня преследовало дикое чувство вины за то, что я в принципе ем. Даже гречку, даже куриную грудку и тертую морковку. Молчу уже о шоколадном батончике, хоть я официально разрешила себе есть его раз в неделю. Мне казалось, что это все равно слишком много и ужасно. Я считала орешки миндаля, которыми перекусывала: их должно было быть ровно 10 штук. Если больше — я себя ненавидела. Я делила котлету напополам, чтобы "не объедаться". А потом, когда через пару часов съедала вторую половинку, рыдала от бессилия.
Картина третья: я тусуюсь не с вами, а со своим рпп.
Мы с семьей зашли мак между походами в магазин, все взяли себе что-то и весело болтают за едой. Я не слышу, о чем они говорят, потому что в голове одна мысль: "А ну не смотри на еду, пусть жрут, я не буду!" Потом голод берет свое и я, захлебываясь слюнями, заказываю пакет нарезанной морковки, якобы здоровый аналог картошки фри. Ем его с победоносной мыслью, какая молодец, и пытаюсь убедить себя, что морковка ничуть не хуже картошки.
В разговоре все еще не участвую и ничего не слышу, потому что все свои только о еде. Сестра пьёт мой любимый милкшейк, я поглядываю на него, но старательно отгоняю мысль о том, как мне его хочется. Но вот моя морковка закончилась, и я, красная от стыда, прошу всего один глоточек попробовать. Отпиваю, чувство победы и стойкости пропадает , в животе все еще урчит.
Я занимаюсь самоистязанием, пока все вокруг разговаривают и смеются. Если кто-то назовёт ленью мое нежелание отравлять себе жизнь, то пусть так. Я забочусь о себе, мне мне плевать на себя. Или у кого-то язык поднимется назвать заботой о себе то, что я только что описала ?