Жизнь в России помогла мне понять, что ничто другое меня не интересует, кроме литературы. И я не смог бы ничего ни делать, ни жить в стране, где меня не будет волновать литература. И, тем не менее, когда я в Париже или Мадриде получаю приглашение в какое-нибудь государственное учреждение, я все время спрашиваю себя, ну как здесь без меня справятся, если я никуда не уеду. И живу здесь, люблю, несчастлив, но, где бы я ни оказался, продолжаю писать. И это не зависит от того, где находится нужная мне институция. Я нашел себя, думаю о том, что сделал хорошего за эти годы, читаю людей, с которыми жизнь столкнула, и пытаюсь понять, чем я им нужен и полезен. – Вы только что говорили о московском бомонде. Насколько, на ваш взгляд, они далеки от народа? – А это – мой главный парадокс. Я уже пять лет работаю в России, езжу сюда на машине и всегда спрашиваю себя – ну как я могу так хорошо жить, ничего не делая? Но уже вторая книга доказывает, что жизнь в России помогает мне жить. И да, я не боюсь