Леночка любила приходить в гости к своей сродной сестре Тане. Здесь всё было по-другому. Комнаты больше. Шторы ярче. На кухне чисто выбеленная аакуратная печка. Рядом веник, совок, кочерга.
В комнате диван, застеленный ярким диковинным покрывалом. Стол под жёлтой плюшевой скатертью со стопками ученических тетрадей, которые проверяла её мама. Белоснежный тюль на окнах. Таинственная тумбочка волшебным образом время от времени превращалась в швейную машинку.
Сестра была старше и умнее на несколько световых лет. Толстая коса, кудряшки вокруг высокого лба, веснушки-конопушки, разбрызганные по всему лицу, делали её мудрой и совершенной в глазах Лены.
Сёстры вместе играли, строили секретики - копали в земле ямки, укладывали на дно стёклышки от разбитой посуды, бусинки, пуговки, случайно или умышленно оказавшиеся в детских руках. Накрывали всё это великолепие стёклышком и прикапывали землёй. А потоооом... Потом эти секретики предъявлялись друг другу на суд. Танины были самые красивые.
Хотелось подражать, походить на неё. Заиметь такую же толстую косу. Кудряшки. Конопушки. Чтобы позвала в гости. И она позвала. Посмотреть на зайца. Живого, настоящего, которого ей папа принёс из леса. Косой даже умел разговаривать на языке Квокли Рвакли.
Леночка пришла в восторг. Белый, пушистый, мягкий. Живой! Глаза-бусины. Ушки на макушке, всё как в сказке. Только робкий. Забился за тумбочку и повторяет своё заклинание: "Квокли Рвакли!"
Противная тумбочка, спрятала зайца и стоит как вкопанная. Решено было достать его оттуда и во что бы то ни стало поговорить. Кочергой как раз удобно зацепить и вытащить. Но либо Леночка не в той руке держала кочергу, либо не туда приложила. Заяц погиб. Леночка не хотела. Проклятая кочерга. Стало жалко, страшно, стыдно.
Леночке тогда было лет шесть. Но пепел зайца до сих пор стучит в её сердце. Прости её, Квокли Рвакли.
