Ранее: Новые заботы по жилому дому и новая ссора с зятем.
С первых дней заселения дома я еще добивалась радиофикации и телефонизации дома. Если с радиофикацией проблем не было, то с телефонными точками была большая проблема, дом должен быть подключен к телефонной сети, в принципе так оно и было, да только на телефонной станции стали говорить, что для этого необходим телефонный кабель и не одна тысяча метров.
Всех тоже не могут телефонизировать из-за недостаточной мощности телефонной станции, но я помнила, что по проектно-сметной документации всё было заложено и строители выполнили эти работы, пришлось где-то надавить. Так решился вопрос с телефонным кабелем, а вот с мощностями было сложнее, тут я ничего не могла сделать и на дом мне дали только восемнадцать номеров и это всё тоже без прописки.
Но и этого было достаточно, нам еще и другие дома завидовали, говорили, что такого еще никогда не было, чтобы так много номеров на один дом давали. Потом кое-кто из тех, кому не достались телефонные номера, тоже подсуетились и установили в свои квартиры телефонные точки, не все конечно.
А до сентября я еще успела нанять газосварщика и автокран, чтобы они сняли фасадную бетонную плиту с веранды, каменщик вместо неё выложил мне капитальную стену из жженного кирпича под двойные рамы с дверью на улицу, приварили швеллер под потолок над рамами с упором на кирпичную кладку по краям веранды.
Перед верандой экскаватором выкопали большую яму, убрав весь строительный мусор из неё, потом спланировала еще один подвал шириной чуть больше первого, выложив его стены цокольными блоками, которые только соединила между собой бетонной смесью, с узкими двойными оконными рамами под потолок с фасадной стороны, а сверху уложила две бетонные потолочные плиты тоже при помощи автокрана.
Получилась еще одна летняя веранда, которую оградила кирпичной кладкой по грудь с выходом в будущий палисадник с небольшой площадкой и ступеньками вниз. Осталась яма под плодородный грунт, чтобы можно было что-то посадить, но не было ограждения.
Однажды я пришла с работы и увидела, что моя яма засыпана плодородным грунтом, это начальник, чья двухкомнатная квартира была за стеной и наши палисадники соприкасались, засыпал и мою яму за свой счет. Водитель потом скажет, что в мою яму привез три самосвала плодородного грунта.
В другой раз в одном стиле была изготовлена красивая изгородь из толстого металлического прута выше человеческого роста с наконечниками в виде листка с бетонным основанием сразу на два палисадника, с такой же перегородкой между ними и с калиткой к каждому подъезду.
Я не верила своему счастью. Осталось только поблагодарить, потому что сказали, что это подарок мне. Несколько раз промыла грунт и оставила до весны.
Кому-то понадобилась справка с места жительства для оформления пособий на ребенка, а нашу справку, заверенную по всем правилам, не приняли и моему терпению пришел конец.
Я скопировала все прежние обращения в исполком о выдаче ордеров, все списки заселенных и написала письмо в областную прокуратуру об отказе Горисполкома в выдаче ордеров без всяких на то оснований.
Также указала, что ранее эти списки были утверждены тем же исполкомом еще за год до заселения дома, ни одного внеочередника при заселении не было, не было нарушено ни одного пункта жилищного законодательства и просила принять меры, а копию передала в исполком. Но сначала в исполком, там забегали, засуетились, сказали: - «Зачем же сразу в Прокуратуру? Мы сами всё решим.».
Через несколько дней всем были выданы ордера и люди были прописаны, и всё это без денег, я сама присутствовала и при выдаче ордеров, и при прописке всех жильцов дома, чтобы всё прошло без каких-либо проблем.
Моя радость была омрачена только мелочной местью исполкома, но ею я занялась только после того, как все были прописаны, а пока Онега держала оборону квартиры.
Дело в том, что на прежнюю мою однокомнатную квартиру исполком выписал ордер работнику того ведомства, в чьем распоряжении находился дом, но квартира не принадлежала этому ведомству, а по закону ею распоряжалась только наша организация, которая получила её в счет десяти процентов.
Я обратилась в исполком и сказала, что их ордер незаконен и они должны его отозвать, там посмеялись надо мной и сказали, что заставят освободить квартиру. Мне пришлось предупредить их, что я буду судиться и выиграю дело, законы я знаю, оказывается, лучше их.
Так я обратилась в суд с иском к Горисполкому. Это было неслыханно - судиться с исполкомом. Многие крутили пальцем у виска, показывая на меня, но смеётся тот, кто смеётся последним.
Первый суд я проиграла, судья не скажу, что был некомпетентным, он может и знал законы, но подыграл исполкому, надеясь, что имеет дело с обычным истцом, а когда я посоветовала ему прочитать хотя бы жилищный Кодекс Узбекистана, то он пригрозил мне пятнадцатью сутками.
Моя апелляция была рассмотрена в областном суде и решение городского суда было отменено, как противоречащее жилищному Кодексу Узбекистана. Онегу и меня оставили в покое.
Со временем тот работник получил ордер на ту квартиру, где проживала моя соседка, у которой был чайник со свистком и мужу которой я когда-то одолжила топор, чтобы он дверь открыл. В будущем они с Онегой жили мирно.
С тех пор в исполкоме, особенно в его жилищном отделе вообще всё решалось быстро и без всяких проволочек, признали меня за компетентного в жилищных вопросах человека и больше не спорили, и не пытались обмануть. Мне еще приходилось обращаться к ним по поводу ордера нашей сотрудницы, которая на протяжении нескольких лет не могла получить его на свою квартиру и прописаться в ней, и по другим вопросам тоже.
Далее: Онега и подозрения моей знакомой.
Это из моих для разнообразия: В гостях на Кафанова.
К сведению: Это одно из моих воспоминаний на моем канале "Азиатка" , начиная со статьи "История знакомства моих родителей". За ними следуют продолжения о моей жизни и жизни моей семьи. Не обещаю, что понравится, но писала о том, что было на самом деле.