Ведущий: Хочу задать те вопросы, которые на данный момент никто даже не затронул: На встрече с Путиным Байден сказал, что они договорились об условиях, но если условия не будут выполняться, то ущерб понесёт Путин. Вот что он имел в виде? Мы что, договорились об ущербе России?
Хазин: Я могу только сказать некоторую гипотезу. Обратите внимание на два обстоятельства: Первое – которое показывает очень сильную атмосферу этого саммита. Вспомните протокольную фотографию, которая была сделана в самом начале. Вход в виллу, в проёме стоит человек от Швейцарии, справа от него (то есть, по левую руку) стоит Байден слева (то есть, по правую руку) стоит Путин. Швейцарец и Байден стоят на позиции футболистов стенки, прикрывая руками причинное место, а Путин стоит в абсолютно открытой позиции. Это означает, с точки зрения базовых принципов, что тема саммита принципиально важна для Байдена и в значительной менее важна для президента России. А теперь давайте смотреть результат: Байден обрушился на журналистов, сказав им довольно жестко, чтобы они не несли пургу при том, что эти журналисты несли ту же пургу, которую они несли до саммита. Отметим, что Путин на следующий день в Москве тоже сказал журналистом, чтобы прекращали делать из Байдена овоща, когда на самом деле американский президент таким не является. Имеется ещё одна очень важная вещь, которую нужно понимать – Путин принимает решения самостоятельно, а Байден представляет собой команду, в которой он не самый главный человек. То есть, он приехал получить от Путина некоторые вещи для его команды, при этом сама команда находится в сложном политическом положении, причём сразу на двух фронтах: Первое - Трамп и его проверки бюллетеней, а второе это цифровики, на которых началось сильное давление из-за слишком большой полученной власть. По этой причине ключевая позиция Байдена — это объяснить своим старшим партнёрам или нанимателям, что он всё сделал правильно и договорился с Путиным. Поэтому его фразу нужно воспринимать не как ответ этим журналистам, которые ничего не понимают, а как сигнал вот этим людям и смысл этого сигнала в этом случае заключается в том, что он получил от Путина обязательства сделать то, что им было нужно и соответственно дал ему то, что он хотел, но без инструмента, который заставил бы его выполнять эти обязательства. Мы с вами знаем, что Путин очень склонен свои обязательства выполнять, но почти наверняка одним из условий было прекращение вот этой омерзительной компании в прессе лично против Путина. Она абсолютно омерзительна и её очень хорошо видно в интернете. И в этом случае Байден и взвился, мол, ребят, прекратите подставлять меня и моих начальников, потому что Путин может ими воспользоваться. Обращаю ваше внимание, что буквально в течение одного-двух дней последовали несколько сигналов:
Сигнал первый. Прошла информация, что Соединённые Штаты Америки приостанавливают военную помощь Украине. Как только эта информация прошла, Белый Дом дал опровержение, но люди, которые как бы привыкли читать такого рода текста Белого Дома, обратили внимание, что опровержение не совсем убедительно.
Ну и наконец Лавров чрезвычайно жестко ответил на зондаж Великобритании. Абсолютно очевидно, что такого рода жесткое указание могло быть в одном единственном случае, если определённые договорённости со Соединёнными Штатами достигнуты.
Вот картинка и как я её вижу (хотя я, конечно, могу ошибаться), исходя из логики, что задачу договориться с Путиным поставили перед Байденом. Я могу объяснить, почему для тех людей, которые вокруг Байдена (которые двигали его во власть) это принципиально важно. Но можно, в частности, сказать очень простую вещь: если завтра произойдёт обвал рынка и если чиновники Вашингтона не дадут денег эмиссионных банкам, то они все встанут на путь 2008 года. При этом цифровикам компаний Apple, Google, Amazon и прочим не нужны банки, потому что у них источник денег независим от банков и платёжные системы у них есть свои. То есть они могут впервые в истории их просто слить вот этот вот транснациональный крупный банк. И по этой причине банки, которые стоят за Байденом, заинтересованы в том, чтобы с цифровиками справиться. Что им нужно от Путина я не знаю.